Онлайн книга «Экзамен на отцовство. Семья для Лютика»
|
Антон чистит детям апельсины. Лида о чем-то хлопочет. — Так, быстро все по своим местам, — приказывает Юра. — Пацаны, вы где? — оглядывается на двери, выходящие в коридор. — Да идем, — входят два здоровенных амбала. Телохранители Лютовых. Вздрагиваю невольно. Яше опасность угрожает, раз такие шкафы круглосуточно с ним? Но гоню дурацкие страхи. Я тут без году неделя. И без меня решат. — Ну, за Новый год! — Юра взбалтывает шампанское. Поднимает бутылку повыше, стараясь никого не задеть. Пробка взлетает в потолок под наши визги. Летит по странной траектории, сшибает большой хрустальный шар, висящий под люстрой. Он падает и попадает прямо в центр стола. В ту самую селедку без шубы. И кажется, пробивает тарелку. — К счастью! — по-гусарски бахвалится Юра. — За Новый год! — поднимает бокал. Гости за столом чокаются. Мы с Яшей тоже слегка стукаемся бокалами. — За наше счастье, Мальвина, — шепчет он, привлекая меня к себе. — Мы в этот Новый год входим с новорожденным младенцем. Давай и в следующий, — целует меня при всех. — Да! Пусть будет традиция такая, — ржет Юра. А Антон уже тянет фейерверк. — Освободите центр стола, сейчас зажжем, — предлагает деловито. И тут Яша поднимается с места. — Ты что удумал, братан? На террасу вали, — приказывает резко. — Здесь женщины и дети. — Ну и ладно, — пожимает плечами младший брат. — Народ, после сытного обеда все выходим на балкон, — заявляет, будто стихи читает. — Нет. Мы никуда не пойдем. Здесь побудем, у нас ребенок маленький, — мотает головой Яша. Чувствуется в нем ответственность. За сына и за нас с Мишкой. — А я хочу! Можно я пойду? — подлетает он ко мне раскрасневшийся, запыхавшийся. — Ты вспотел. Еще заболеешь, — останавливает Яков и предлагает с хитрой улыбочкой. — А кто завтра с горки кататься будет? Ты подумал… — С горки? — загораются глаза у моего сына. — Ну конечно! Надо поспать, — азартно шепчет Яша. — А утром метель утихнет, и мы сразу поедем в деревню. А там знаешь что? — Что? — заглатывает наживку мой ребенок. — Горки, санки, снегоходы… — И Дима с нами поедет? — косится на малыша. «Нет, тут одного оставим», — усмехаюсь мысленно. — Все вместе. Мы же теперь семья. — А Анечка? — кивает на дочку Лиды. Девочка в костюме снежинки прыгает по дивану. И никто ее не ругает. А когда еще прыгать, если не в детстве? И с горки кататься. И снежную бабу лепить. — Давай Михаила уложим, и сами на боковую. Дмитрий Яковлевич нам долго спать не даст, — кивает на переноску Яша. — Первая ночь дома. Что-то я волнуюсь… — Да у тебя тут два медика. Реанимационная сестра и по педиатрии специалист. А ты ссышь, Яша! — проходя мимо, стукает Якова по плечу худенькая девчонка лет восемнадцати. — Утешься, мышь, — кидает он небрежно. — А почему мышь? — спрашиваю машинально. Красивая изящная девушка точно не тянет на серую мышку. — А помнишь эти стихи… Заходера, что ли? «Приходи к нам, тетя Лошадь, нашу детку покачать», — лукаво поясняет мне Яков. — Вот нашей Стефании ни одна нянька угодить не могла. Только баба Тая. — Стихи Маршака, брат, — саркастически заявляет Юра. — Я сколько раз просил не звать мою дочь мышью. — Ну если она мышь, — подается вперед Яков. И оба ржут. Вот как тут устоять? Улыбаюсь я, смеется вся семья, принявшая меня. |