Онлайн книга «Саня»
|
— Около девяти. Александр смотрит на часы: — Сейчас почти час. Четыре часа вы с этой информацией что делали? — Пытались решить вопрос. — Решили? — Пока нет. — Тогда хули ты передо мной стоишь? У меня глаза становятся круглыми. Женщина, кажется, привыкла больше: — Я поняла. — Когда решишь — приходи. А если не решишь, хотя бы приходи с двумя другими вариантами, а не с новостью, что у нас всё по пизде пошло. Она кивает и исчезает обратно в кабинете. Александр продолжает путь, я — за ним, теперь уже на безопасном расстоянии. Марина... Ах ты зараза! Ты не преувеличивала, ты преуменьшала! Доходим до общего отдела, и Александр вдруг тормозит. Я чуть не врезаюсь ему в спину. — А это ещё что? Не понимаю, о чём он, а потом замечаю коробки возле стены. К нам тут же подскакивает парень: — Это образцы, Александр Евгеньевич, их сегодня привезли. — И они здесь будут жить? — Нет, сейчас перенесём. — А почему сразу не перенесли? — Я хотел сначала… — Витя, мне похуй, чего ты хотел. Это проход, здесь люди ходят. Уберите. — Сейчас. — Не «сейчас», а уже! Я начинаю понимать систему. Мы почти добрались до наших кабинетов, когда навстречу выходит Полина: — Александр Евгеньевич, я вчера хотела с вами поговорить… — По работе? — Не совсем, — мнётся Полина. — Тогда не сейчас. — Но вы вчера сказали… Он тяжело выдыхает: — Ты русский язык понимаешь? — спрашивает Александр уже жёстче. — Я сказал: не сейчас. Мне сегодня вообще не до твоих разговоров. — Хорошо, Александр Евгеньевич, — Полина сжимает губы от обиды и уходит. Интересно, что там между ними всё-таки происходит? И почему Полина хотела поговорить с ним не по работе? Тогда он назвал её Алиной, сегодня она ловит его в коридоре с личным разговором... А на мой вопрос, давно ли они знакомы, он очень красиво ответил: «Работаем вместе». — Эмилия! Вздрагиваю. Александр уже стоит у двери своего кабинета: — Ты там корни пустила? — Иду. — Тогда иди быстрее. У нас до двух надо с Громовым разобраться. То есть после вчерашнего всё-таки разгребать собирается. Захожу следом. Он бросает телефон на стол и садится: — Найди мне всё, что у нас есть по северному участку: переписку, предложения, расчёты. И узнай у Марины, кому этот старый пидор успел позвонить с утра. — Хорошо. Уже поворачиваюсь к двери: — И кофе. — Какой? — Обычный. — Ваш обычный я пока не знаю, — виновато сообщаю. Вижу, как он собирается выдать что-нибудь в духе сегодняшнего дня, но в итоге просто трёт переносицу: — Чёрный. Без сахара. — Хорошо. Марина была права: вторник — это пиздец. Беру кофе и возвращаюсь к нему. Александр Евгеньевич сидит ровно там же, где я его оставила. Перед ним уже открыты какие-то документы, телефон прижат к уху: — Нет, мне не интересно, почему они не успевают. Мне интересно, когда они, блядь, успеют… Вот и узнай. Потом перезвонишь. — Кофе, — ставлю чашку на стол. — Спасибо. И всё: ни тебе комментария про юбку, ни попытки задержать возле стола — даже грудь сегодня не удостоилась внимания. Обидно, между прочим. Не то чтобы я рассчитывала весь день отбиваться от его похабных предложений, но к хорошему, оказывается, привыкаешь быстро. Разворачиваюсь и уже берусь за ручку двери: — Эмка. — Да? — останавливаюсь. Он берёт чашку, отпивает и, не отрываясь от бумаг, бросает: |