Онлайн книга «После нас ничего не осталось»
|
— Узнаешь, — говорю я, даже Олегу не открывая своих карт. Он вызывает такси — никого из моих людей или людей отца. Ехать долго, и я думаю — сколько лжи мне скормили? Тамара не скажет мне больше ни слова, и в глубине души я даже горд за ее стойкость, за то, что даже не имея за спиной защиты, она не боится меня. Ужас настигает меня, когда мы подъезжаем к дому отца. А что, если… Я боюсь произнести этот вопрос даже мысленно, потому что он вызывает во мне чувство, которого я не ощущал с двенадцати лет, когда впервые увидел другую сторону жизни отца. Страх. Он накатывает неожиданно и пробуждает состояние беспомощности. Это некстати, особенно если учесть, куда я еду. Едва такси останавливается, из ворот высыпают охранники отца. — Свои, — машу я им. — Илья Маркович? — они шокированно переглядываются. — Он самый. Я прохожу мимо них, Олег за мной. За спиной чувствую напряжение, но спину мою прикрывает Олег, так что я должен сконцентрироваться на другом. — Илья, дорогой! — Самвел торопливо выходит на порог дома. — Почему не предупредил?! Сэм всегда был высоким и тучным, и с возрастом по-прежнему нагоняет на окружающих дискомфорт. — Я что же, проведать отца не могу? — спрашиваю наигранно легко. — Конечно, можешь! — Сэм улыбается мне. Переводит взгляд на Олега, и улыбку как рукой снимает. — Неужели вы только вдвоем? — Мы на пару часов, потом летим обратно. — Ох да, к крошке Соне. Бедная девочка. Как она? — Лучше, — отрезаю и, не дожидаясь приглашения, прохожу в дом. Сэм делает еще несколько попыток отвлечь меня или остановить, но я не поддаюсь. В спальню к отцу я захожу решительно. Он, конечно, уже осведомлен о моем приезде. — Я удивлен, — сухо произносит отец, прикованный к аппаратам — рак пожирает его неторопливо, но уверенно. — А ты знаешь, как я не люблю удивляться. Без приглашения сажусь около отца, Сэм и Олег остаются стоять около входа, как верные псы. — Я приехал, чтобы лично задать тебе вопрос, — говорю отцу. — Слушаю. — Десять лет назад ты солгал мне, и все факты, которые ты предоставил мне, были ложью? — Ты снова о той девке? — вздыхает тяжело и закашливается. — Она не девка, — уточняю мрачно. — Эта женщина была моей женой. — Эта женщина трахалась с другим и залетела от него. Точка, — отрезает. — Я думал, ты забыл про нее, — так нет же, вылезла. В каждом слове отца яд. — Сколько можно, Илья! Я думал, ты распрощался с ней. Но нет, снова полез. На черта? Я оборачиваюсь к Сэму, но обращаюсь к отцу: — Ты солгал мне, отец. Тамара не родила. Ребенок Тамары мертв. Мне физически больно говорить эти слова, они ложатся смогом на мое личное пепелище, растравляя рану еще сильнее. — Я не солгал тебе, — безразлично говорит отец. — Ты спросил, что с ребенком Тамары. Я тебе сказал — родила, просто не уточнил, что родила она мертвого ребенка. Резко оборачиваюсь к отцу. Его взгляд, в отличие от немощного внешнего вида, ярок и полон злости. — Ты посчитал, что это незначительный факт? — Я посчитал, что данный факт не заслуживает внимания. Внутренности скручивает в узел из-за тупой боли от этих слов. — Илья, ты бы начал чувствовать к ней жалость, а все, что ты должен чувствовать, это ненависть за предательство. Вот и все. Так что я не понимаю, почему ты примчался ко мне за полторы тысячи километров, чтобы спросить о ней! |