Онлайн книга «Диагноз измена. Кардиолог для предателя»
|
— Жить будешь. — Я это и без тебя знал. — Конечно. Он снова закрывает глаза. Вечером я выхожу из больницы. На ступеньках стоит Константин. — Вы меня преследуете? — спрашиваю. — Бабушку навещал. — Очень удобное оправдание. — А ваш отец? — Всё прошло хорошо. Он улыбается. — Тогда, может быть, сегодня тот самый подходящий момент? — Для чего? — Для вопроса, который я уже два раза неудачно задавал. Почти восемь. Домой хочется. Есть хочется ещё больше. — Только недолго. Он сначала молчит. — Это согласие? — Пока не передумала. — Тогда идём быстро. — Куда? — Здесь рядом есть место. — Если там кирпич девятнадцатого века, я уйду. — Там пельмени. — Уже лучше. Мы идём по ступеням вниз. Телефон в сумке вибрирует. Сообщение от Артёма: «Машину сегодня забрали. Перевёл Матвею первую часть. Остаток будет через две недели». Я останавливаюсь, читаю ещё раз. Никаких «видишь, я исправляюсь». Никаких просьб. Отвечаю: «Получила». Убираю телефон. — Всё нормально? — спрашивает Константин. — Да. И впервые это слово не приходится говорить из вежливости. Глава 14 Пельмени оказываются в маленьком кафе за старым театром. — Вы специально выбрали место подальше от моей остановки? — спрашиваю я, когда Константин сворачивает во двор. — Здесь пять минут пешком. — Мы идём уже двенадцать. — Потому что вы отказались пройти через сквер. — Там темно. — Там фонари. — Два. Один мигает. Он останавливается и смотрит на меня. — Вы всегда спорите с человеком, который ведёт вас ужинать? — Если он неправильно ведёт — да. — Теперь понимаю, почему бабушка вас любит. — Анна Савельевна меня не любит. Она мной командует. — У неё это высшая степень признания. В кафе заняты четыре столика. Мы садимся возле стены. Константин протягивает мне меню, но я открываю его только для приличия. — Пельмени. — Я тоже. — Тогда зачем меню? — Чтобы встреча выглядела культурной. — Уже поздно. Я пришла после смены в брюках, на которых утром пациент пролил чай. Он опускает взгляд. — Не заметил. — Теперь будете искать. — Нет. Теперь буду старательно не смотреть. Я смеюсь. И снова ловлю себя на том, что рядом с ним смеяться легко. Не приходится сначала проверять, уместно ли. Пока ждём заказ, Константин рассказывает про дом, возле которого мы встретились. Рабочие нашли под поздней штукатуркой старую кладку, и теперь заказчик хочет сохранить её открытой. — Так я была права, — говорю. — В чём? — Вы всё-таки радуетесь кирпичам. — Хорошим — да. — Есть ещё плохие? Он смотрит на меня с настоящим возмущением. — Конечно. — Не продолжайте. Я чувствую, сейчас будет лекция. — А вы мне про клапаны рассказываете. — Только когда спрашивают. — Я тоже. — Я не спрашивала про кирпич. — Но заинтересовались. Приносят еду. Несколько минут мы действительно просто едим. Это тоже оказывается приятно. Без необходимости срочно заполнить паузу. — Бабушка сегодня звонила три раза, — говорит Константин. — Что случилось? — В первый раз спросила, можно ли ей выйти во двор. Во второй сообщила, что уже вышла. В третий потребовала разрешить ей завтра дойти до магазина. Я кладу вилку. — Одна? — Именно. — Нет. — Я так и сказал. — И? — Она сказала, что я ничего не понимаю в кардиологии. — Умная женщина. — Вы сейчас на её стороне? — В этом вопросе — на вашей. |