Онлайн книга «Измена. Не проси забыть»
|
— Теперь он живой. И упрямый. — Он и был упрямый. — Был, но возле него стояла экскурсовод. Мне хотелось защищать еще одно предложение, хорошее само по себе. Я даже начала объяснять, зачем оно нужно, но услышала собственную длинную речь и остановилась. — Ладно. У экскурсовода сегодня выходной. Лидия положила перед нами свой текст. В нем было всего две страницы, и обе она исписала от руки. Я сначала не решалась указывать на повтор, потом все-таки обвела карандашом два одинаковых слова. Лидия наклонилась, посмотрела и сказала: — Вот ведь. Читаю четвертый раз и не вижу. Мне нравилось, как Лидия тут же подхватила карандаш. Мы прочитали обе фразы снова, попробовали заменить слово и вернулись к началу страницы. Без десяти восемь я заметила часы и огорчилась. Обычно к этому времени у меня дома мы только начинали спорить о самом интересном. Здесь нельзя было встать за новым чайником и незаметно оставить гостей еще на час. — Продолжим в следующий раз, — сказала Лидия, собирая листы. — Комнату можно будет взять и в августе. Но заранее. Я записала себе напоминание. Галина понесла чашки, я вытерла стол и открыла сумку, чтобы проверить, все ли карандаши на месте. Потом мы вдвоем занялись окном. Ручка действительно сопротивлялась; я уже потянула ее силой, но вспомнила предупреждение, повернула до конца, и рама послушно встала на место. На улице было еще светло. Мы с Галиной дошли до перекрестка, обсуждая не судьбу литературы, а ту самую запасную женщину из пятой. Она предложила сохранить ее для другого рассказа. — Такие люди на дороге не валяются. — Особенно если существуют в двух экземплярах. Мы расстались у остановки. Я пошла домой пешком, не заглядывая в телефон. В голове еще звучали голоса Галины и Лидии. Хотелось добраться до стола и попробовать новую версию. И одновременно хотелось увидеть Антона. В квартире пахло помидорами и горячим чесноком. Антон стоял у плиты в своей футболке, волосы после душа еще лежали неровно. На полу у двери его комнаты ждала футбольная сумка. — Я опоздала? — спросила я. — Наоборот. Еще семь минут. — У тебя ужин по расписанию? — У макарон. Я только представитель. Он обнял меня одной рукой, другой продолжая держать деревянную лопатку. Я сама поцеловала его, и он тут же положил лопатку на тарелку, чтобы перестать изображать занятого человека. — Как прошло? — спросил он. — Хорошо. Убрала экскурсовода из собственного рассказа. — Он мешал? — Очень. Хотя говорил умные вещи. — Самые опасные. Я вымыла руки и накрыла на стол. Антон рассказал, как Петр весь матч спорил с человеком, которого принимал за судью, а тот вообще пришел посмотреть игру и стоял у линии с сумкой. Я спросила, кто в таком случае судил, и Антон пожал плечами: — По очереди. Поэтому все было справедливо примерно на треть. Антон попросил передать сыр, я возмутилась количеством перца, он признался, что сначала ему показалось мало. Мы оба доели. Потом он занялся посудой, а я протерла стол и убрала остаток помидоров. — Мне нужно записать две вещи, пока не забыла, — сказала я. — Иди. Я сумку еще не разобрал. В своей комнате я включила лампу, разложила листы и сделала три короткие пометки. Могла бы продолжить, но на сегодня устала. Закрыла тетрадь, придвинула кресло к столу и пошла к Антону. |