Онлайн книга «Пламя Венеции»
|
— Я поклялась Джусто, что наша мастерская никогда не достанется им. Ты прекрасно знаешь, какую войну они ему объявили. Не давали открыться, таскали по судам, настроили против него весь Мурано – пока он не решил перебраться в Венецию. Даже думать об этом не заставляй… С ними мира не будет никогда. — Джусто копировал их коллекции. — Ты на чьей стороне? — Послушай, мама, прошло уже сто лет. — Хоть триллион лет пройдет – для меня ничего не изменится. — А страховка? Нам хоть что-нибудь выплатят за сгоревшую мастерскую? Елена покачала головой: — Нет, не выплатят. Полис у нас был, но умышленный поджог он не покрывал. Кто бы мог такое предвидеть? — С твоими-то врагами. — С нашими. Улиссе вздохнул, закинул ногу на ногу: — Я вообще-то не об этом хотел поговорить. Я здесь из-за Нины. Елена напряглась: — С твоей племянницей все в порядке. — Возможно, ей стоит переехать в Милан. Елена опешила – снова гром среди ясного неба; он вечно умудрялся выбить ее из колеи, – и посмотрела на него как на врага: — Не смей говорить, что я не справляюсь с Ниной. Голос Улиссе стал ядовитым: — Я не это говорю. Просто, когда я сегодня пришел, тебя не было дома. Нина маленькая, ей нельзя оставаться одной, это вообще-то уголовно наказуемо. Просто ты не можешь тянуть все сама… Я не упрекаю, это нормально – после того, что случилось с Мартой, конечно, сил не остается. Посмотри, во что превратился этот дом. Она попыталась найти ответ, но промолчала: на этот раз Улиссе, к сожалению, был прав. Домработница теперь приходила только по пятницам, а у нее самой не хватало сил на уборку. Сын понял, что задел за живое, и, как всегда, почувствовав, что выиграл поединок, поспешил свернуть разговор: — Я просто хочу сказать: если хочешь, мы готовы забрать Нину к себе. Не думаю, что для этого нужно решение суда, а если нужно – оформим, Джиневра в этом разбирается. Нине скоро шесть, да? Ей ведь пора в начальную школу. — Ей семь, и она уже в первом классе. — Тогда во второй класс пойдет в Милане. Это совсем другой мир. Ты ведь сама видишь, что с Венецией? Всё грязнее, всё запущеннее. Тоска. — Нина останется со мной. — Я просто хочу помочь. — И, по-твоему, помощь – это отнять у меня внучку? — Ну что ты вечно драматизируешь! Никто у тебя Нину не отнимает… — Я бы тебе никогда этого не позволила. — Ты уверена, что справишься? Через несколько лет она станет подростком, а тебе будет уже немало лет. — А ты-то хоть что-то для нее сделал? — Я как раз и предлагаю помочь. — Улиссе, давай закроем тему. Нина здесь и останется здесь – навсегда или пока сама не решит иначе. Он вывел ее из себя; она устала от этих разговоров, попыталась успокоиться, но была вне себя от злости. Вылетела из гостиной, хлопнув дверью, и пошла искать меня в дальнем конце сада. Я следила за котом – он замер, подстерегая ящерицу, – и приложила палец к губам: тише, не спугни. Увидев меня, она вдруг почувствовала себя хрупкой, может быть, даже старой, и прошептала мне на ухо: — Ты ведь хочешь быть со мной, Нина? — А с кем же еще мне быть? – ответила я, и у нее навернулись слезы. — С глубоким волнением мы чествуем сегодня самый блистательный дуэт второй половины муранского двадцатого века. В тот февральский день 2014 года чрезвычайный правительственный комиссар непременно хотел присутствовать на церемонии – респектабельная наружность, зычный голос, – хотя для Венеции это были очередные мрачные времена: коррупционный скандал с MOSE, мэр под следствием; в неприятности попала и Марина – девушка Тициано из Местре, стремительно поднявшаяся по карьерной лестнице в консорциуме, а потом прошедшая в Региональный совет от Forza Italia[41]. Но пока комиссар произносил речь, сотрудник Музея стекла жестом попросил его подождать: «Мне говорят, что половина нашего дуэта еще не прибыла». |