Онлайн книга «Сезон отпусков»
|
— Один «Веселый глазастик». – Он протягивает мне напиток с озадаченным выражением лица. – Ну и стремное местечко! — В этом вся прелесть Гиблого Мыса. Город безумный и совершенно этого не стесняется, – говорю я. Нолан, кажется, обдумывает мои слова, а я в это время забираю у него попкорн – якобы чтобы освободить ему руки. Но когда он тянется за угощением, отодвигаю ведерко подальше. — А твой где? – спрашиваю я с притворной невинностью. – Ты же не забыл его у стойки?.. Тот ровный безразличный взгляд, которым он меня одаривает, слаще любого коктейля. Его глаза опускаются к моим губам и темнеют. В этом взгляде я чувствую голод, не имеющий ничего общего с едой. Глубоко внутри все сжимается от нарастающего жара. Я с ним флиртую. И это работает. Погодите-ка… Я с ним флиртую. И это… — Ты ужинала? – спрашивает Нолан. Кажется, оторвать взгляд от моих губ стоит ему немалых усилий. Я лишь качаю головой. Он протягивает руку, и его теплые пальцы обхватывают мою ладонь, подтягивая коробку с попкорном обратно ко мне на колени. – Поужинаем после спектакля. Брови взлетают вверх. Сердце трепещет в груди, словно рыба, выброшенная на берег. — А разве у нас нет дел? Нолан пожимает плечами. Он не отводит взгляда от сцены, где гаснет свет и над залом повисает тишина, но я чувствую, что думает он обо мне. Словно хочет встретиться со мной взглядом, однако сознательно этого не делает. — Нам нужно поесть, – наконец говорит он. Верно. Это просто еда. Обычная человеческая потребность. Ничего общего со свиданием или чем-то подобным. Мы ведь до сих пор не обсудили ту историю с Макмилланом, несмотря на вчерашние извинения. Небольшая поддержка и попкорн не исправят ссору, начавшуюся с убийства. Наверное. Тем не менее мое сердце, кажется, не понимает этого. Оно напоминает о себе оглушительными ударами, и с каждым моментом становится только хуже. Спектакль подходит к концу – чудовище Лукаса стреляет в Гастона, тот падает за декорации, и фальшивая кровь разлетается фейерверком. Белль мстит, сталкивая его в огонь, и в ореоле пиротехники драматическая кульминация сменяется счастливым финалом. Я почти не слежу за песнями и танцами, хотя на сцене жонглируют отрубленными конечностями, – мысли заняты Ноланом. С последним поклоном актеров я помогаю Артуру подняться, чтобы похлопать, поддерживая его под локоть. Когда поднимаю взгляд на Нолана, он смотрит на меня так, словно видит впервые. Зал постепенно пустеет. Я уже собираюсь увести Артура и выйти за Ноланом, но старик внезапно высвобождает руку и снова опускается в кресло. — Вы чего? — Подожду Лукаса тут, – отвечает он, прислонив трость к пустому месту с другой стороны. Старик не сводит глаз со сцены. – Иди ужинать с тем туристом. Когда я начинаю колебаться, Артур лишь машет рукой, отпуская меня. В уголках его губ прячется едва заметная усмешка, – и она мне точно не померещилась. Нолан ждет в проходе, заметив мое замешательство. На его лице появляется то озадаченное выражение, будто я вновь не оправдала его ожиданий и он не знает, как на это реагировать. Среди толпы в фойе, а затем и на улице, нет и следа Сэма. Теплый вечерний воздух пахнет соленым морским бризом. Многие зрители направляются в паб «Буй и маяк» на тематическое караоке и напитки со скидкой, другие расходятся по набережной, где фешенебельные рестораны будут работать допоздна. Однако мы с Ноланом словно плывем в собственном потоке, неосознанно удаляясь от шумной толпы, от голосов, смеха и сияния викторианских фонарей. Он идет рядом, и, хотя между нами сохраняется дистанция, я чувствую тепло его тела – словно призрачное прикосновение, согревающее кожу. |