Онлайн книга «Князь, не женитесь на Воронцовой»
|
И почему-то именно это ожидание каждый раз заставляло сердце биться быстрее. Я положила ладонь ему на грудь. — У нас две минуты. — Тогда вы зря разговариваете. Он поцеловал меня. Я улыбнулась ему в губы. Потом стало не до улыбок. Его рука легла на мою талию и медленно скользнула ниже. Не настолько, чтобы это стало по-настоящему неприлично. Но достаточно, чтобы я забыла про две минуты. Я прижалась к нему. Роман тихо выдохнул. — Наташа. Мне нравилось, когда он называл меня так. «Наташа» звучало совершенно обычно из уст родителей, но у Романа почему-то превращалось во что-то очень личное. Для всего остального мира я была Натальей Сергеевной, Воронцовой, дочерью графа, девушкой, которая слишком много времени проводит на конном заводе. Роману хватало одного имени, чтобы всё это куда-то исчезло. Он коснулся губами моего виска, потом шеи, и я невольно закрыла глаза. — Роман… — М-м? — Мы вообще-то на приёме. — Заметил. — Нас будут искать. — Пусть. Совершенно безответственный ответ. К сожалению, мне он очень понравился. Роман снова меня поцеловал, и ещё через несколько секунд я уже всерьёз начала думать, что две минуты — понятие весьма условное и при желании его можно немного растянуть. В коридоре раздался женский смех. Мы одновременно замерли. Шаги приблизились, прошли мимо двери и постепенно стихли. Я уткнулась лбом Роману в плечо, пытаясь не рассмеяться вслух, и почувствовала, как он тоже беззвучно смеётся. — Пойдём, — прошептала я. — Отвратительная идея. — Зато разумная. — Никогда их не любил. В зал мы вернулись по отдельности. Через десять минут Роман уже стоял у противоположной стены и с совершенно серьёзным видом разговаривал с каким-то послом, а я находилась рядом с матушкой и делала вид, будто последние полчаса провела именно там. Получалось, вероятно, не очень хорошо. Иногда Роман поднимал глаза через весь зал, наши взгляды встречались, и я каждый раз против воли улыбалась. Позже я поняла, что именно это нас и выдало. Не исчезновения с приёмов, не украденные поцелуи и даже не подозрительно участившиеся визиты Белозерского в наш дом. Всё это ещё можно было объяснить, отрицать или хотя бы попытаться скрыть. Сложнее было скрыть другое. Рядом с ним я стала слишком счастливой. А люди, как известно, замечают такие вещи значительно быстрее, чем хотелось бы. Особенно когда им совершенно нечем заняться. Глава 12. Человек чести В первый раз эту фразу я услышала через два дня. Мы с матушкой выбирали цветы для осеннего бала благотворительного общества, когда княгиня Шаховская, пожилая дама с удивительной способностью знать всё раньше остальных, сказала: — Белозерский всё чаще бывает у вас, Софья Андреевна. Матушка улыбнулась. — Он дружит с Сергеем. Я едва не уронила вазу. Роман дружил с батюшкой примерно две недели. — Разумеется, — протянула княгиня Шаховская. Тем самым тоном, которым приличные женщины умудрялись вложить в одно слово целый роман. Я решила не вмешиваться. Зря. — Впрочем, князь поступает совершенно правильно, — продолжила она. — После истории на смотре и всех этих разговоров… Я медленно повернулась к княгине Шаховской. Ещё минуту назад мы с матушкой мирно обсуждали цветы, и такого поворота разговора я никак не ожидала. — Каких разговоров? Матушка посмотрела на меня, а княгиня Шаховская на мгновение замерла. По её лицу было совершенно ясно: она уже поняла, что сказала лишнее, и теперь лихорадочно решала, можно ли как-нибудь взять слова обратно. |