Онлайн книга «Разведёнка для проклятого дракона»
|
— В цветочный горшок? — Это была одна ошибка, — мрачно отвечает он. — Две, — поправляет Марта и уходит. Я начинаю смеяться. Кайрен некоторое время смотрит на меня с притворной обидой, потом тоже улыбается и ведёт к столовой. Мы ужинаем вместе, обсуждаем завтрашние покупки для лечебницы и спорим, где поставить новый шкаф. Когда он уходит к себе, я ещё долго ощущаю на губах его поцелуй. Перед сном приходит посыльный от Эдриана. В коротком письме он сообщает, что нашёл старую опись конфискованных артефактов и намерен проверить один склад за городской стеной. Внизу приписано: «Я не прошу вас приезжать. Но если Даркхольм вспомнит, кто изготовил обруч, это может помочь». Я складываю письмо и иду к Кайрену. Он сидит на краю кровати, уже в чистой рубашке, и послушно пьёт горький настой. При моём появлении поднимает чашку, словно предъявляет доказательство хорошего поведения. — Эдриан нашёл след артефактов, — говорю я, протягивая записку. — Нам придётся снова заняться этим делом. Кайрен читает письмо и возвращает его мне. — Тогда завтра я расскажу всё, что помню о мастерской. Но сегодня вы обещали мне отдыхать. — Я ничего такого не обещала. — Значит, прошу сейчас. Посидите со мной немного. Я сажусь рядом. Он берёт мою руку, целует пальцы и оставляет её у себя на коленях. За дверью слышны шаги Марты, где-то внизу хлопает ставня. Я спрашиваю, не болит ли бок, и получаю честное «немного». Этого достаточно, чтобы понять: наши новые правила начинают работать. Глава 25. Чужая мастерская Утром Кайрен обнаруживается на кухне раньше меня. Он стоит у плиты с таким видом, будто собирается вступить в бой с противником, которого пока не вполне понимает. На столе лежит раскрытая книга рецептов Эвелин, рядом стоят миска с тестом и две разбитые скорлупки. — Что происходит? — спрашиваю я, остановившись в дверях. — Завтрак. — Вижу. А почему вы держите сковороду за край? Кайрен смотрит на свою руку и осторожно переставляет её на деревянную ручку. Потом бросает на меня укоризненный взгляд. — Я хотел приготовить вам что-нибудь до того, как вы проснётесь. Марта сказала, что для начала стоит научиться жарить лепёшки. — Марта умеет давать советы с подвохом. — Я начинаю это подозревать. Первую лепёшку он снимает с огня почти чёрной. Вторую переворачивает слишком рано, и половина теста остаётся на сковороде. Я не выдерживаю, забираю лопатку и показываю, как дождаться пузырьков на поверхности. Кайрен стоит за моим плечом, внимательно следит за движением руки. Его близость теперь ощущается иначе. Вчера в саду мы поцеловались, а сегодня я могу просто коснуться его локтя, попросить подвинуться и не думать, как он отреагирует. — У вас это получается слишком легко, — замечает он. — У меня было много практики. А у вас, полагаю, другая специализация. — Я умею разводить костёр в снегу. — Прекрасно. Когда сломается плита, вы будете незаменимы. Он смеётся, и я впервые замечаю, что на кухне ему не нужно понижать голос или оглядываться на дверь. Мы съедаем уцелевшие лепёшки с мёдом. Одну Кайрен откладывает для Марты, подписав на клочке бумаги: «Эту готовил я. Жалобы принимаются после полудня». За завтраком он возвращается к письму Эдриана. Я раскладываю на столе копию описи, которую посыльный доставил вместе с запиской. Большая часть названий мне ничего не говорит: медные линзы, ритуальные зажимы, камни с вытравленными знаками. Кайрен долго рассматривает строчку, возле которой Эдриан поставил вопросительный знак. |