Онлайн книга «12 тайн»
|
Эту коробку я не открывал много лет и теперь с любопытством перебираю ее содержимое: старые страховки, свидетельства о рождении, документы о переходе ко мне права собственности на мамин дом. На дне – выцветший пакет с фотографиями. Второй раз за день я натыкаюсь на знаменитую фотографию Ника и Саймона с Лангдон и Фэрчайлд. Но это – цветной оригинал. Я делаю глубокий вдох, проникаясь сияющими красками того дня: ярко-голубое небо, белые спортивные майки мальчиков с красными гербами школы на груди, рыжие веснушки на лице Саймона Вокса, смоляная шевелюра Ника, такая же, как у нас с мамой. Я перебираю остальные фотографии и понимаю, что это полный комплект снимков, сделанных в день триумфа гимназии Хадли. — Мистер Харпер, – зовет меня снизу Барнздейл. Я принимаюсь заталкивать фотографии обратно в пакет. — Секундочку, – кричу я и впопыхах роняю стопку в коробку. Фотографии рассыпаются, и я вижу имя фотографа, напечатанное на обороте нескольких снимков. Мадлен Уилсон. Глава 41 Я передаю образец маминого почерка детективу Барнздейл. Бросив на документ быстрый взгляд, она удовлетворенно кивает и обещает вернуть мне бумагу, как только полицейские эксперты сравнят ее с письмом. — Я надеюсь, что с этого момента мы можем полностью рассчитывать на ваше содействие, мистер Харпер, – говорит она, обернувшись ко мне в дверях. – Все мы хотим найти убийцу Абигейл Лангдон как можно скорее. Я молчу, и она коротко кивает мне на прощание. Я закрываю за ней дверь, бегу наверх в комнату Ника и раскладываю фотографии на кровати. Я смотрю на снимок Ника с Саймоном. Потом на другой: светящийся от гордости мистер Вокс вместе со своим сыном. Беру карточку, где мистер Вокс стоит рядом со всей юниорской командой Ника. Ребят собрали под баннером гимназии Хадли; среди них много друзей Ника: Саймон Вокс, Уилл Андруз, Гэвин Чанс, который потом эмигрировал в Австралию, Нил Милтон, открывший лыжный центр в Шотландии. Все – из прошлой жизни. Я просматриваю другие фото, с моментами игры старшей команды: Фил Дурли, точно пробивающий реализацию, и бегущий вдоль фланга Джейк Ричардсон, которого подбадривает его отец Фрэнсис. Элизабет Вокс пожимает руки членам команды-победительницы, прежде чем вручить приз ее капитану Джеймсу Райту. На обороте каждого снимка напечатано имя фотографа. Похоже, что под любым камнем, который я переворачиваю, скрывается Мадлен. Обложенный фотографиями, я звоню Элизабет Вокс. Она отзывается мгновенно. — Ты где, Бен? — Вернулся домой. Полицейские только что ушли. Я нашел в квартире Лангдон еще одно письмо от мамы. Теперь оно у полиции. — О чем оно? — Думаю, вы догадываетесь. Я жду ответа миссис Вокс. — О ребенке? — Так вы знали? Пауза. — Мы виделись с твоей мамой, – говорит она наконец. – Через пару недель после освобождения Лангдон и Фэрчайлд. Я была в бешенстве. Как и Клэр. Но к тому времени твоя мама сделала уже следующий шаг – принялась читать, что писали про Лангдон и Фэрчайлд в интернете. Я тебе об этом не говорила, потому что хотела защитить тебя, защитить нас обоих. Я молчу. — Об их освобождении ходило множество толков. Я не буду пересказывать тебе, Бен, те безумные вещи, которые люди пишут онлайн под защитой анонимности. Вокруг каждой шумной истории возникают миллионы теорий заговора. И на свете полно жестоких людей… |