Онлайн книга «Невесомая»
|
И только часов в 11 вечера, когда Аля уже сидела в кровати, позвонила мама. Девушка тут же схватила телефон. — Привет, мамочка! – радостно пропела она в трубку. – Ты почему не отвечала? Я тебе звоню и звоню целый день… — Разве? – удивилась мама. – У меня ни одного пропущенного. Опять связь барахлит, наверное. А чего звонила-то? – Это уже было сказано обеспокоенным тоном. – Случилось что-то? Аля вздохнула и начала рассказывать. Слова полились рекой. Правда, про девочку в старинном платье она пропустила, поэтому рассказ получился скомканным и выходило, что чемодан пропал, пока комендантша показывала Але комнату. — А я знала, что не надо было тебе уезжать. Мала ещё. Осталась без вещей в незнакомом городе. – Аля ненавидела, когда мама говорила так – наставительно, припечатывая слова. Это сразу добавляло ей лет тридцать. — Ну мам. Ничего страшного не произошло. Я разберусь. – Аля уже жалела, что вывалила всё как есть. – Отправь мне только немного вещей. Мама шумно вздохнула, как бы давая понять, что всё ещё не верит во всю эту затею. — Ты, кстати, шкатулку оставила. Отправить её тебе? – Голос мамы зазвучал чуть мягче. — Мам! Я уже не ребёнок. Шкатулку мама купила Але в семь лет, когда та только начала заниматься балетом. Первые несколько месяцев Аля плакала после каждого занятия, особенно после растяжки. У неё никак не получался шпагат, а это значило, что в начале занятия на ноги снова будет давить Инна Валерьевна, по телу поползёт жгучая, невыносимая волна боли и можно кричать хоть до сорванного голоса, но никто не успокоит, не прекратит эту пытку, просто всю следующую неделю будут называть рёвой-коровой. Балерина на шкатулке была изящной и тонкой, как принцесса из мультика, и мама сказала, что и Аля сможет так же кружиться, если будет сильной и смелой. Только сейчас Аля уже слишком взрослая для такой шкатулки, поэтому оставила её дома. — Ага, – хмыкнула мама и сменила тему: – А когда у вас отчётник? — Не знаю, нам ещё не сказали. Наверное, месяца через два, в конце четверти. В нашем училище было так… – растерянно начала Аля. А потом вдруг поняла, зачем мама это спрашивает. – Ты хочешь приехать?! — Конечно, я приеду. Моя дочь будет выступать на сцене! — А дядя Андрей? — И дядя Андрей. А ещё знаешь что? Со мной связались с местного канала, они хотят снять про тебя сюжет! Поэтому на отчётный концерт жди журналистов! У Али бешено заколотилось сердце, а губы сами собой растянулись в улыбке. Про неё расскажут по телевизору… — У тебя же опять главная роль? – спросила мама. — Ну, это пока неизвестно… Отбора-то ещё не было. А здесь лучшие из лучших. Может, меня вообще в отчётник не возьмут. — Главная-главная. Это у тебя от меня. Мы с тобой всегда на первом месте. Аля сглотнула. Весёлость почему-то улетучилась. А вдруг журналисты приедут, а снимать будет нечего? Ей нужно очень, очень стараться, чтобы получить роль. Аля ещё немного поболтала с мамой, а когда повесила трубку, вышла в коридор – в комнате стало душно. Напротив двери штукатурка потрескалась и отпала. Проступившие шероховатые внутренности стены казались сейчас чёрными. По краям этого чёрного пятна чешуёй висела белая известь. По ногам дуло. Аля присела на корточки, обхватила руками ноги, замкнула тепло в кольцо. В голове отдавалась мамина фраза: «Мы с тобой всегда на первом месте». Почему-то от неё становилось ещё холоднее и хотелось стать совсем крошечной, сжаться в маленький упругий комочек и слиться с белыми чешуйками на стене. Аля тряхнула головой, встала и пошла в комнату. Она ещё не повторила домашнее задание по русскому языку, а вставать уже через шесть часов. |