Книга Монета для сказочника. Сборник рассказов, страница 119 – Дарья Крупкина, Яна Лехчина, Ксения Хан, и др.

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Монета для сказочника. Сборник рассказов»

📃 Cтраница 119

— Я знаю, что ты здесь. – Его голос ломкий и тихий.

И всё равно он заставляет её вздрогнуть всем телом.

— Тварь чуял тебя. А я слышу, как стучат твои зубы.

Он поворачивает голову набок, и они встречаются взглядами – оба растянувшиеся на полу: он на арене, она под зрительской трибуной.

Мила облизывает губы, они отдают металлом на вкус.

— Это больно? – Она сама не знает, почему это спрашивает.

— Щекотно, – буркает Петя.

И Миле ужасно не по себе от того, насколько человечным он кажется. Лежит там, почти неподвижно, и дышит так тяжело. Она сама не замечает, как поднимается на ноги. Её слегка ведёт в сторону, но она упрямо движется к арене. Опилки тихо хрустят под подошвами. Петя молча следит за ней.

— Почему ты меня спас? – спрашивает Мила, усаживаясь на край арены.

Перед глазами всё кружится-кружится-кружится…

Петя отвечает не сразу.

— Потому что мара тебя сожрала бы.

— Не любишь делиться?

Он фыркает.

— Почему эта ночь всё не заканчивается? – шепчет Мила.

— А чего ты вдруг разболталась? – Он пытается приподняться на локтях, но с глухим стуком падает обратно. – Раньше носилась как угорелая.

— Ты пытался убить меня, – бесцветным голосом напоминает она.

— И что, по-твоему, изменилось?

— Ну, – она на миг поджимает губы, – «носиться» больше я не могу. Я умираю.

В его глазах мелькает что-то неразборчивое. Горечь? Впрочем, она так же быстро исчезает.

Петя криво усмехается:

— А давай!

— Что «давай»?

— Утолим твоё предсмертное любопытство. Предлагаю игру. Один мой ответ в обмен на один твой. И я первый. Идёт?

Мила кивает, не задумываясь. Выболтать у него, как отсюда выбраться, – единственное, что ей остаётся.

— Почему ты отрезала волосы? – Вопрос не был тем, который она ожидала, но её всё равно.

— Я выросла в казённой колыбели, – бормочет она. – В приюте. И после выпуска мы… нам полагается отплатить службой его благодетелям…

Она прикрывает глаза и быстро, почти захлёбываясь словами, рассказывает остальное. Про одного из родственников Медведевых, который после её инициации повадился караулить в коридорах и подворотнях, про тихий шёпот приятельниц, слышавших, будто он требовал у пестуний отдать Милу именно ему в услужение. Он был такой жуткий, такой странный, этот Ивар Медведев, она не понимала, чего он хочет, но что бы это ни было…

Мила отрезала волосы, и он отстал.

— Потому что это уродство, – подводит итог она. – Кощунство. Насмешка над заветами предков и просто позор.

Петя просто кивает.

— Как ты оказалась на улице? В такую-то ночь.

Мила поджимает губы, окидывая его недовольным взглядом.

— Мой ответ в обмен на твой, разве не такие были правила?

— Ах да, ты же так любишь правила, – беззлобно поддразнивает он. – Это из-за часов. Ночь не заканчивается, потому что ты не видишь время.

Она хмурится, и Петя закатывает глаза.

— «Время существует для тех, кто его замечает». Я забрал твои часы, и, пока ты за ним не следишь, оно стоит на месте. О, не надо так смотреть на меня, не я это придумал!

Мила резко выпрямляется.

— Что значит не ты?

— О, можешь не верить, но я не горю желанием гоняться за тобой. Или сводить с ума, удерживать взаперти. Не я выдумал эти глупые правила, Милолика.

— А кто?! – рявкает она.

Мила нервничает, потому что всё это – именно это – кажется, наконец, чем-то очень важным. Но Петрушка ехидно улыбается, напоминает о правилах игры и задаёт следующий вопрос – про побег. Мила нехотя отвечает, чувствуя, как в груди с каждым словом разрастается холодная пустота:

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь