Онлайн книга «Преддверие I»
|
— Ты эрх?! – Она удивилась как-то иначе, не раздражённо, как Ластер, а скорее восхищённо, впрочем, она всегда меня переоценивала. — Да, – усмехнулся я, – поломанный. Мудрый, всезнающий, всемогущий, просветлённый эрх в грешном плотном теле и в вашем безумном мире! Я давно пропил свою просветлённую душу и растоптал свои благие порывы, я так и не понял, зачем я тут появился, только окончательно запутался… но кое-что я всё-таки могу. — Ты бог, – сказал она уверенно, – я безумно тебя люблю! — О чём ты говоришь! Мне с детства было дано больше, чем другим, но я не смог этим даром воспользоваться. Меня, конечно, возмущало несовершенство мира, потому что я подсознательно это чувствовал, но ни о чём большем, чем свой дом и куча детей, я и не мечтал! Не смешно ли? — Где же он, твой дом? – грустно улыбнулась она. — Не знаю. Я даже этого не смог. Меня носило по свету, как сухой лист, потому что я не боролся, а всегда предпочитал уйти. И я недостоин той силы, которая во мне спит. — Откуда ты знаешь, чего ты достоин? — Мне много дано. Значит, с меня и спрос больше. А я живу как… Впрочем, что об этом говорить! Я не мог ей объяснить, какой стыд я испытал, когда понял всю глубину своей мощи. Какими жалкими мне показались мои обиды, мои страхи, мои нервные срывы, мои амбиции и мои крошечные мечты. Я ненавидел Смерть, я огрызался на неё как шавка, не умея с ней бороться, я боялся быть смешным и обманутым, притворялся и унижался вместо того, чтобы просто всё осознать и всё изменить. Как бог. Как эрх. Я тупо забивал гвозди микроскопом, не желая знать, что у меня в руках. Астафея склонилась надо мной и взяла моё лицо в ладони. — Что, что мне делать?! Скажи! Ну, хочешь, я останусь? Я не могу быть твоей женой, но я буду твоей тенью, я буду твоим ангелом-хранителем, я буду твоей служанкой… а хочешь, я опять стану Альфином? Разве он не нужен тебе? — Ты прекрасно знаешь, чем это всё кончится, – сказал я через силу, – улетай, Альфин. Улетай! С каменным лицом я вышел в гостиную. Эска сидела одна за круглым столом, сложив тонкие руки на вышитой скатерти. Я сел напротив: — А где Ластер? — У соседки приступ от жары. Он пошёл к ней. Я любил её. Кто сказал, что я не люблю её? Это была какая-то странная, выматывающая, похожая на проклятье любовь, то ли братская, то ли сыновья, то ли отцовская… Просто я с детства знал, что люблю её, что лучше её никого нет… Я и сейчас знаю и чувствую, что это моя женщина и мне с ней должно быть хорошо и спокойно. А Астафея – боль, затмение, безумие, она другая, чужая, случайная, хоть и желанная до судорог в ногах. И разве я мальчишка, чтобы поддаваться внезапным порывам? — Как она? – тихо спросила Эска. — Всё в порядке, – сказал я, – скоро уснёт. — Бедная девочка… Ты очень любишь её, правда? Я смотрел в её зелёные измученные глаза, такие знакомые, такие родные и грустные. И разве мог я не солгать ей в тот момент? — Тебе показалось. — Я не хочу мешать вам, Кристиан. Разве смеет кто-нибудь отнять у тебя эту девушку? — Я же сказал, тебе показалось. Мы обнимались у раскрытого окна. Я уже забыл, какими ласковыми и заботливыми могут быть у неё руки, как умеет она целовать, отчаянно и нежно, совсем не как призрак с того света. Где же были раньше эти губы, где же были эти руки, когда я был слаб и беспомощен, как щепка в океане?! |