Книга Экология страха. Лос-Анджелес и воображение катастрофы, страница 146 – Майк Дэвис

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Экология страха. Лос-Анджелес и воображение катастрофы»

📃 Cтраница 146

Подобная статистика, однако, является крайне грубым показателем относительной популярности, не говоря уже о влиянии. Чандлеровский нуар (включая Росса Макдональда и Джеймса Эллроя), например, продолжает определять Лос-Анджелес в глазах большинства критиков, однако он составляет лишь небольшое подмножество, менее сорока наименований, в более широкой вселенной региональной литературы. Методы литературной переписи, даже дополненные тщательными исследованиями фильмов и романов о Лос-Анджелесе, выпущенных после 1970 года, должны быстро уступить место другим видам анализа. Как и в случае с интерпретацией свинг-джаза, целью является «выделение и акцентирование определенных тем или тенденций», которые либо пронизывают весь жанр, либо служат убедительными критериями для выделения подтипов. В случае с лос-анджелесской литературой катастроф три фундаментальных положения, основанные на моем «шуллерианском» прочтении, задают критическую рамку для анализа отдельных книг и фильмов.

Во-первых, с течением времени наблюдается отчетливая тенденция к слиянию всей лос-анджелесской художественной прозы с нарративом катастрофы либо выживания. Подобно чудовищному сгустку из научно-фантастического фильма 1950‑х годов, эта форма постепенно поглотила всех конкурентов. Несмотря на одержимость критиков Лос-Анджелесом как родиной «крутого» детектива, роман-катастрофа уже давно стал столь же характерным и симптоматичным местным экспортом. Начиная с 1980 года целый ряд лучших писателей региона, включая Октавию Батлер, Кэролин Си, Стива Эриксона, Кима Стэнли Робинсона и Синтию Кадохату, регулярно помещает действие своих произведений на золотые руины Лос-Анджелеса будущего. Это верно и в более широком смысле: катастрофа – как аллюзия, метафора или атмосфера – пронизывает почти все, что сейчас пишется о Южной Калифорнии.

Во-вторых, почти всю лос-анджелесскую литературу о катастрофах можно разделить на целостные поджанры, такие как «романтическая катастрофа» или «магическая дистопия», которые с течением времени довольно последовательно сменяли друг друга. Хотя выделение таких поджанров – дело, как известно, субъективное, определенные базовые сюжетные паттерны – искупительная сила женщины, непреднамеренная биокатастрофа, отождествление культа с катастрофой, выживание белого героя в чуждом городе – делают этот процесс относительно простым для жанра, который обычно не славится литературной утонченностью. Вот девять основных сюжетных типов лос-анджелесской литературы катастроф и основные периоды их популярности:

Иллюстрация к книге — Экология страха. Лос-Анджелес и воображение катастрофы [book-illustration-78.webp]

В отличие от относительно ограниченного набора типов сюжетов такие романы и фильмы умудрились уничтожить Лос-Анджелес поразительным, даже неистовым разнообразием способов. Если ядерное оружие взрывалось над знаком Голливуда целых 49 раз, а здание мэрии рушилось во время Большого Землетрясения, матери всех землетрясений, еще 28 раз, то свои моменты были и у песчаных бурь, комет, японских захватчиков и бермудской травы[715]. Достаточно полный список этих средств разрушения и частота их использования включают в себя:

Иллюстрация к книге — Экология страха. Лос-Анджелес и воображение катастрофы [book-illustration-79.webp]

Иллюстрация к книге — Экология страха. Лос-Анджелес и воображение катастрофы [book-illustration-80.webp]

В-третьих, непреходящая истерия лос-анджелесской литературы катастроф и, возможно, всей литературы катастроф – стремление нанести удар и уничтожить, стереть с лица земли целый город и бессчетные тысячи его жителей – коренится в расовой тревоге. Начиная с самых ранних примеров литературного разрушения Лондона и Нью-Йорка в XIX веке и заканчивая последними фантазиями о выживании в Лос-Анджелесе, в основе таких видений лежит страх белых перед темнокожими расами (язвительная критика культов и маргинальных субкультур стоит далеко на втором месте). И именно эта одержимость в гораздо большей степени, чем беспокойство по поводу землетрясений или ядерного оружия, возвращает нас к реальному Лос-Анджелесу, а также к самым сокровенным страхам, подпитывающим нашу культуру. Именно это созвездие страхов и сопутствующих им удовольствий делает таксономию литературы о катастрофах чем-то большим, чем чисто академическим (и, возможно, забавным) упражнением.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь