Книга Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы, страница 112 – Михаил Ямпольский

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы»

📃 Cтраница 112

Зевс выделяет для нее (Гестии. – М. Я.) центр дома вопреки свадьбам, от которых она отказалась (anti gamoio). И действительно, брачный союз представлял был для Гестии отрицание тех ценностей, которые она воплощает в сердцевине дома (дом, oikos, обозначает одновременно место обитания и ту группу людей, которая в нем пребывает): неизменность, постоянство, закрытость[543].

Существует и особая связь между очагом и землей, так или иначе выраженная в мифе об автохтонности афинян, то есть об их рождении из земли. До нас в разных версиях дошел миф об этом, и в нем фигурирует не Гестия, но другая афинская девственница – Афина. Вот короткий его пересказ в версии Аполлодора:

Об Эрихтонии одни говорят, что он был сыном Гефеста и дочери Краная Аттиды, другие же сообщают, что он был сыном Гефеста и Афины. Рассказывают об этом так. Афина пришла к Гефесту, желая изготовить себе оружие. Гефест, отвергнутый Афродитой, проникся страстью к Афине и стал ее преследовать, та же стала убегать от него. Когда Гефест с большим трудом (ведь он был хромым) догнал ее, то попытался с ней сойтись. Афина, будучи целомудренной девой, не допустила его до себя, и тот пролил семя на ногу богини. С отвращением Афина шерстью вытерла это семя и бросила на землю. После того как она убежала, из этого брошенного в землю семени родился Эрихтоний. Афина тайно от всех богов воспитала его, желая сделать бессмертным[544].

Афина уберегла девственность, так что матерью Эрихтония (прародителя афинян) часто считалась сама земля – Гея. Николь Лоро, посвятившая мифу афинской автохтонности две книги, пишет о вере греков в способность людей расти из земли подобно растениям и о распространенном представлении о том, что женщина является эквивалентом земли, которую мужчина распахивает и засевает. Вернан пишет о парадоксальной идентификации женщины не со своей землей, но с земельным наделом мужа. Она теперь становится наделом мужа, который требует пахоты и семян[545]. Лоро высказывает гипотезу, что такое понимание женщины решает проблему разнородности граждан в полисе, создавая образ полисного единения. Она говорит, что эта мифология может пониматься как ответ Аристотелю[546] на высказанные им по этому поводу соображения:

Но допустим, что одна и та же территория заселена одними и теми же обитателями; спрашивается: до тех пор пока обитатели ее будут одного и того же происхождения, следует ли их государство считать одним и тем же, несмотря на то что постоянно одни умирают, другие нарождаются? Не происходит ли здесь то же, что бывает с реками и источниками? Мы обыкновенно называем и реки, и источники одними и теми же именами, хотя непрерывно одна масса воды прибывает, другая убывает[547].

Таким образом, превращение земли в общую прародительницу призвано установить своего рода неразличимость между согражданами, ту самую неразличимость, которую будет нарушать стасис, розня, рассмотренная Николь Лоро. Неразличимость создает искомое единство, но одновременно уничтожает всякую способность к динамике и движению. Поэтому очаг, накрепко укорененный в земле, позволяет создавать точку, которая потенциально может быть связана с другими точками (через циркуляцию и обновление дельфийского огня, например) и открывать простор для динамики. Единое всегда должно сохранять в себе способность к удвоению. Точка потенциально удваивается. Вернан указывает на удвоение и самой Гестии, которая, с одной стороны, оказывается неподвижной девственницей, а с другой – воплощением плодоносящей почвы, земли-прародительницы, девственницей и матерью в одном лице. Это удвоение проявляется и в возникновении пары Гестия – Гея (земля – мать):

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь