Книга Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы, страница 52 – Михаил Ямпольский

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы»

📃 Cтраница 52

Дело осложняется еще и тем, что в кластерах участвуют не только объем и масса:

Представьте себе две ячейки одинаковой конфигурации (например, кубы), но с контрастирующей отделкой, цветом, фактурой поверхности, материалами или положениями по отношению к другим ячейкам. Изменение одной из этих черт приведет к резкому изменению восприятия ячейки[244].

С точки зрения Прециози, кластеры таких ячеек создают некий эквивалент формы, или, как он выражается, «внутренне связную упорядоченность» (internally coherent orderliness). Кластеры в такой системе могут входить в отношения оппозиций с другими кластерами. Такая архитектура строится на «образчиках» ассоциаций и отношений, а не геометрии форм. Прециози видит в ней «форму как пучок отношений (bundle of relationships)»[245].

Даже если считать такую форму формой (почему бы и нет?), она не обладает никакой устойчивостью и бросает вызов памяти, которая у греков (как показал Платон) всегда ассоциируется с воспоминанием формы. Это мерцающая форма без формализуемой регулярности. Невозможно установить пропорции отношений между цветом, массой и фактурой.

Глава 9. Минойские монстры. Форма бриколажа

Мне кажется, понять смысл минойской архитектуры лучше всего, связав ее с представлениями минойцев о природе. В отличие от более поздних греков жители Крита осваивали дикую природу, не подвергнутую окультуриванию. Репертуар представленных растений и животных у минойцев значительно шире, чем у классических греков. Одна из отличительных черт минойских изображений – смешение многообразных видов растений и животных, часто никогда не встречающихся в природе. Помимо растений – крокусов, лилий, тростников, пальм и т. д., тут встречаются львы, козлы, птицы, овцы, олени, змеи, осьминоги, дельфины, кальмары, рыбы и обезьяны; к тому же множество разнообразных насекомых. Особое место среди животных занимает знаменитый критский бык, превращающийся в Минотавра[246]. Многие из этих животных, вроде обезьян, вообще не водились на Крите, и их изображения были явно заимствованы в Египте. Мир природы тут отличается не только удивительным богатством, но и совершенной беспорядочностью. Нанно Маринатос, например, отмечает систематическое смешение в одном изображении растений, цветущих в разные времена года, вроде крокуса, цветущего осенью, и лилии, цветущей весной: «Эта беспорядочность предполагает сознательное смешение сезонов так, чтобы биотопы в своей комбинации выражали идею плодородия/изобилия»[247], – комментирует Маринатос. Я не очень верю в такого рода традиционные этнографические объяснения, хотя бы потому, что беспорядочность царит тут во всех аспектах репрезентации природы. Многие репрезентативные блоки были заимствованы в Египте и перешли на Крит с полной утратой изначального смысла.

Иллюстрация к книге — Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы [book-illustration-2.webp]

Пожалуй, самая удивительная черта минойской фауны – это многочисленные фантастические создания, монстры разных видов. Среди них выделяются «грифон», или создание, известное как «минойский демон» или «дух» (Minoan Genius). Вот как описывает тот же Маринатос минойского демона:

Демоны, часто называемые genii, – очень необычные создания. Им присущи несомненно львиные черты c выступающим рылом и острыми когтями. На спине у них имеется нечто похожее на покрытое шипами пальто, вариант покрытого шипами панциря черепахи[248].

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь