Онлайн книга «Пока, до завтра!»
|
Сообщая мне о своем намерении жениться, отец сделал это настолько ласково, насколько это было ему по силам. Возражений от меня он не ожидал, и, если бы таковые возникли, это не заставило бы его отказаться от своих планов. За год или два до этого летним днем в загородном клубе я бесцельно прогуливался рядом с домиком кэдди и набрел на нечто такое, чего был не в состоянии понять. Сначала я решил, что это какой-то новый вид животного. А потом в ужасе отступил. Увиденное мною оказалось змеей, которая заглатывала чересчур большую лягушку – та никак в нее не помещалась. Точно так же теперь не помещалась у меня в голове мысль о том, что другая женщина займет отныне место моей мамы не только за обеденным столом, но и в отцовском сердце. Мальчик поотважнее сбежал бы из дома или ввязался в неприятности с полицией, я же сидел, уткнувшись носом в книжку, чтобы не думать о вещах, которые мне не нравились и которых я не мог предотвратить. Когда придет время, недостаточно будет мне одному или вместе с братьями – старшим и младшим – проскользнуть в дверь, ведущую к прежнему устройству нашей жизни; мама ведь станет ждать, что мы и отца с собой приведем. А если он будет женат на другой, как же мы это сделаем? Мы сдвинулись с нашего зафиксированного положения, и отныне больше не было возможности вернуться к тому, как все было устроено до ее смерти. И я не смог бы точно сказать, тяжесть у меня в груди связана с тем, что еще только может произойти, или с тем, что уже произошло и чего нельзя исправить. Детский сад, которым заправляли мисс Лена Мус и мисс Люси Шеффилд, находился на третьем этаже здания неподалеку от главной площади, и молодая женщина, которая стала мне мачехой, в девять утра ходила от дома к дому, собирая детей. Когда все были в сборе, она вела нас в центр города. Наверное, в то время ей было едва за двадцать. В детстве она жила на Девятой улице, но теперь – нет. В день маминых похорон, в двенадцать часов, когда мы вошли в столовую, она уже была там. Я сел за стол, но есть не мог. Горло сдавило от слез. Она подошла, встала у меня за стулом и говорила со мной – упрашивала съесть немного печеной картошки, которая лежала у меня на тарелке. Я сумел это сделать ради нее, потому что она была молодая и хорошенькая и потому что она всегда мне нравилась. Вкус этой печеной картошки до сих пор со мной. В сказках появление мачехи всегда представляется исключительным несчастьем. Вероятнее всего, дело тут не в том, что множество новых жен ведут себя жестоко по отношению к детям мужей от первого брака, хотя существуют и такие примеры, – дело в том, что все дети на свете испытывают неприязнь к чужакам. Таким образом, женясь заново, отец совершает предательство не только по отношению к их умершей матери, но и по отношению к ним самим, какой бы ни была мачеха. До чего же странные и непредсказуемые вещи выбрасывает на берег времени. У меня хранится потрепанный фотоальбом, полный любительских снимков мачехи в дни ее юности. Она была хорошенькая и милая, с меховой муфточкой и в большой нарядной шляпе, и юбки ее доставали почти до пола. В альбоме имеются ее фотографии с подругами, с матерью и сестрой, с одним или несколькими из четырех братьев, с престарелыми родственниками на веранде дома в колониальном стиле, полагаю, в Бостоне. Есть и два групповых снимка, сделанных местным фотографом во время праздника-маскарада: один – в масках, другой – без, чтобы узнать, кто был пиратом, кто клоуном, кто Коломбиной и так далее. Половину этих людей я знал в детстве. И еще фотографии мачехи: в Вашингтоне, округ Колумбия, во время Первой мировой войны, с тонколицым мужчиной в военной форме, которого она тогда любила, но за которого так и не вышла замуж; опять в Линкольне, с младенцем сестры на руках, и так далее. До чего красивые наряды. До чего восхитительные автомобили. До чего хорошие времена. |