Книга Элегии родины, страница 148 – Айяд Ахтар

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Элегии родины»

📃 Cтраница 148

Отец много лет ворчал насчет Пауэлла и корпоративной медицинской модели, и я давно сделал вывод – нелестный – что, в основном, его проблемы связаны с его же самолюбием. В конце концов, до выкупа корпорацией он был лидером группы, а сейчас он один из служащих компании. Но он же взял деньги, так чего же он ожидал? Теперь же, послушав его рассказ о Пауэлле по дороге в Воневок, я стал видеть иную картину, более масштабную, ту, что показывала его в более благородном свете и придавала новый смысл его затруднениям в зале суда в Ла-Кроссе. Он настаивал, что будет делать свою работу так, как считает нужным ее делать. Если пациенты все чаще и чаще не соглашаются, это – считал он, – потому что такие доктора, как он, уступили самостоятельность таким менеджерам, как Пауэлл, которым по сути наплевать, будут пациенты жить или нет, – лишь бы в суд не подавали.

Когда мы свернули с грунтовки на асфальтовый проселок, ведущий в город, я спросил, почему он не обнародовал то, что знал про Дюмачаса и прикрывшего его Пауэлла.

— Это был рычаг, – ответил он, несколько ощетинившись. – Я хотел улучшить положение нас, врачей. Чтобы мы могли работать.

— Но как же эти пациенты?

— Это ужасно.

— И они, как я понимаю, до сих пор не знают, что с ними случилось?

— Откуда им знать?

— Ты не считаешь, что они имеют право знать?

— А ты считаешь, что это я должен им сказать? Как?

— Ну, не знаю. Обратиться к журналистам. К властям. Вообще к кому-то.

— С какими доказательствами? Истории болезни – информация закрытая. Все дают подписку о неразглашении.

— Есть обходные пути. Истребование, гражданский иск. Просто донос.

— Истребование? От кого?

— Ну, не знаю, пап. Наверное, от большого жюри.

Он посмотрел на меня с явным отвращением:

— Чтобы я поднял такого рода бучу? Пауэлл бы просто закопал меня. Закопал. И кому от этого было бы лучше?

— Да, но все-таки…

— Что именно все-таки?

— Когда все молчат, тогда можно и дальше творить подобное.

— Ты как ребенок.

— В смысле?

— Ты думаешь, я все это в голове не прокручивал?

— Я такого не говорил.

— Прокручивал. Продумывал. И поступил так, как считал оптимальным.

— И как же?

— Я тебе сказал: использовать как рычаг. Добиваться того, что нам нужно. Чтобы лучше делать нашу работу.

— И тебе приходилось?

— Что именно?

— Использовать это как рычаг?

Он посмотрел на телефон.

— Следующий левый поворот, – сказал он. – Это Мэйн-стрит, библиотека дальше.

Широколиственные рощи и распаханные поля сменились бейсбольным стадионом и окружающим его муниципальным парком. Появились кирпичные дома в ряд – видимо, центр города. Притормозив у перекрестка, я остановился пропустить парочку молодых матерей в пальто и пижамных штанах, толкающих перед собой коляски через переход.

— Том знал, – ответил наконец отец. – Он знал, что я знаю, и это был рычаг. Я добивался для врачей и сестер того, чего без этого не добился бы. Я что-то делал для пациентов.

— Здесь налево?

— Да, налево. Вот почему он никогда не мог установить со мной хороших отношений. Не то чтобы я хотел с ним налаживать отношения – нет. И не хочу. Но есть тонкая черта, отделяющая вот такое вот от увольнения…

И он замолчал, прервав мысль на середине.

— Что случилось? – спросил я.

— Да нет, ничего.

— В чем дело?

— Я видел, что ты все время записываешь.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь