Онлайн книга «Крепкий Орешечко. Без фильтров. Сезон 1»
|
Вдалеке я увидел Васаби, Серафима и Кирилла. Они помахали мне, а Серафим поднял вверх кулак. После этого я совсем пал духом. На крыльцо вышла директор и стала кричать в микрофон, как хорошо, что все мы здесь сегодня собрались, ведь обстоятельства были против конкурса. Обещали дождь, эпидемию, парад планет, а они взяли и не состоялись! И вот теперь одиннадцать счастливых полных семей готовы бороться за переходящее право быть лучшей семьей школы. Портреты победителей вывесят на первом этаже, потому что героев надо знать в лицо. Отец на этих словах побледнел. Не каждый, чей портрет висит публично, такой уж прямо герой. Некоторых разыскивает полиция. Первым конкурсом было перетягивание каната. Физрук Мурат Борисович снял с потолка своего любимца, вручил мне один конец и сказал: — Порвешь – порву! Я сначала не понял ничего. Это что-то на французском, типа комси-комса, ланфрен-ланфра? А потом до меня дошло. Против нас выставили семью с двухметровым отцом, мамой-фитнес-леди и первоклассником, который был больше меня раза в три в ширину и глубину. Я уперся покрепче ногами. Мурат Борисович дунул в свисток, как последний слабак и немужик, и мы стали тянуть. От напряжения я закрыл глаза, а когда открыл, семья великанов уже затащила нас за угол школы. Мы проиграли и выбыли из этой части соревнований. — Ты не стараешься, – сказал мне отец. – Не нравится выигрывать? Победофобия? — Да ты посмотри на них! Семья великанов добивала очередную жертву. Фитнес-леди красиво держала веревку и улыбалась окружающим. — Не смотри! – велела мама. От противоречивых указаний папа огорчился, забормотал, что теряет время, и сделал два звонка. На горизонте Серафим и Кирилл подняли ватман с алой надписью «При!». Но пока пер только первоклассник. Набежали девчонки, отняли у ребят ватман и дописали блеском для губ «нц». Второй тур был творческий, и здесь у нас было намного больше шансов выглядеть презентабельно. Мурат Борисович расставил клипборды, всем участникам раздали маркеры и завязали глаза. Каждая семья должна была в течение десяти минут создать автопортрет. — Не умею рисовать, – сознался отец. – Никита, я прикрою – рисуй ты. Анечка поможет, так ведь? Мама уверенно кивнула. Раздался свист, мы с мамой взяли по маркеру и принялись позориться. Когда время истекло, работы забрали и выставили перед публикой. — Современное искусство, – с уважением сказала директор. — Наскальная живопись, – поправил ее Мурат Борисович. Наш рисунок занял третье место. Мама изобразила по памяти несколько геометрических фигур, в которых слегка узнавался отдыхающий перед телевизором отец в окружении овальных мопсов. Я нарисовал себя и маму в стиле аниме, в виде пилотов боевых роботов, но мама почему-то обиделась и сказала, что не ожидала от сына злобной карикатуры. Потом был песенный конкурс, где мы не попали ни в одну ноту, забег в мешках, после которого отец, как гусеница, уполз в траву и там затих, пролезание под ленточкой грудью вверх, чтение скороговорок заплетающимся языком и венец праздника – конкурс «Золотые руки», где выяснилось, что руки, может быть, и золотые, но растут не из плеч. Бесполезное украшение. Короче, мы заняли предпоследнее место, а победили великаны. Отец бушевал, сказал, что засудит школу и лично Мурата Борисовича, который наверняка нелегал и садист, раз придумал бег в мешках. Мама, поникшая и усталая, предложила немедленно ехать домой. Отец гнал так, словно нас собирались поймать и вернуть на конкурс. |