Онлайн книга «Графиня Справедливая»
|
— Или вы поедете с нами, мадам? — Нет, что вы, – покачала головой Варя. – Поедет Андрей… он сказал, что вы завтра уже уезжаете? — Да, мадам. — Вот, а я пришла вам кое-что интересное в дорожку предложить. – Варя, продолжая улыбаться, вытащила из сумочки несколько листков. Продолжение таблицы она написать не могла, понятно, просто не помнила половину, она ж не компьютер. Это надо потом посидеть, подумать, узнать, какие элементы тут открыты, а то неловко получится, но формулировку периодического закона она отлично помнила. И несколько формул из школьного курса химии. Масса, молярная масса, само понятие моля, объем… Восьмой класс средней школы. Только учебник лучше брать советский, там все это доходчиво и конкретно. А в современных так размазано, что пока полезную информацию запомнишь – в ахинее утонешь. Варя, кстати, по советским и учила. Денег у нее не было на современные сдавать, ну так точные науки и не поменялись со времен социализма. Число пи и при первобытно-общинном строе не изменится, наверное, ему даже на динозавров – чихать! Лавуазье чуточку завис. Прочитал формулировки раз. Второй. Варя практически видела, как внутри его разума начинается работа, словно мощный компьютер включился, мягко загудел. — Мадам, вы писали… ту таблицу? Варя кивнула: — И вот вам закон к ней. Вы можете преспокойно в дороге поиграть в карточки. Выписать названия всех известных элементов, их свойства, ну и раскладывать в зависимости от атомных весов элементов… — Так просто… — На самом деле – нет. Вы меня еще не раз обругаете в процессе. Главное, не забывайте, многие элементы люди просто пока не открыли[57]. — Да… да, но откуда вы все это знаете? Мадам? Варя пожала плечами. — Женщинам не принято заниматься серьезной наукой, вы же понимаете, месье. Но и думать не запретишь? Везде должна быть система. Наш мир построен по законам строгой логики, значит, закон обязан быть и тут. Но если то, что мы знаем, в него не укладывается, значит, мы знаем не все. Вводим неизвестное – и решаем классическое уравнение. И подумала, что надо Антуану еще и формулы сокращенного умножения продать. Он оценит, вон как глаза горят. Этими прожекторами половину Парижа сейчас осветить можно. — Так… так невероятно! Варя еще больше зауважала Лавуазье. Другой бы сказал – так просто. А этот – нет. Умный. — Вы же подумаете над этим вопросом, месье? И дадите решению свое имя, когда будете публиковаться в научном журнале? Скажем, система элементов Лавуазье? — Лавуазье – Прозоровской. Варя посмотрела на Андрея, который вдруг тоже скромно так запунцовел ушами, и вздохнула. — Обсудите по дороге с Андреем. — Но почему вы не хотите поехать с нами?! МАДАМ!!! Вид у ученого был такой, что хоть ты священника зови. Вампиры выглядели более мирно, а этот… этот явно не остановится, пока весь мозг не высосет. — Я обещаю приехать, как только закончу все свои дела во Франции. Как раз вы успеете доехать, разместиться, ну и надеюсь… Андрюша, ты же поможешь месье в Академии наук? — Безусловно, сестренка. Андрей вообще не обращал внимания на всякие законы. Если Варя сказала, что знает… и что? Значит, она знает! Откуда? А это вообще не его вопрос! Ему это и неинтересно даже! Сестра уже столько всего интересного сделала, что могла и о химии подумать. Или о чем там она думала? |