Онлайн книга «Графиня Суровая»
|
Ушакову хотелось бы преследовать врага, но он понимал, что Войновича на такое не уговорит. Серб был слишком осторожен и не поддержал бы такую инициативу. Хотя Ушаков и предлагал ему. Но – увы. «Поздравляю тебя, бачушка, Федор Федорович. Сего числа поступил весьма храбро: дал ты капитан-паше порядочный ужин. Мне все видно было. Что нам бог даст вечером? Сей вечер, как темно сделается, пойдем на курш OSO к нашим берегам. Сие весьма нужно. Вам скажу после, а наш флотик заслужил чести и устоял противу этакой силы. Мы пойдем к Козлову, надобно мне доложить князю кое-что. Прости, друг сердечный. Будь, душинько, осторожен. Сей ночи, чтоб нам не разлучиться, я сделаю сигнал о соединении, тогда и спустимся»[114]. И какое тут преследование? Турки отправились к себе, в направлении Румелии, а Войнович, не менее храбро, чем Гасан-паша, двинулся в Севастополь. Ушаков пожелал им обоим утонуть на неглубоком месте да и отписал Светлейшему, как оно на самом деле было. Ну, мочи ж никакой нет! Надо врага громить, а этот… его рыбу, на мелком месте утонуть боится, у берега прячется! Как с такими адмиралами воевать? С ними и рыбу-то ловить не хочется, рыбу их… * * * Если бы кардинал Ришелье это видел… Варвара прогуливалась по Пале-Роялю. Здесь и сейчас это было место вне закона. Если бы и нашелся какой-то выкормыш де ла Рейни, который посмеет прийти сюда, да еще нагло заявлять, что игорные дома вообще-то в Париже под запретом, да и некоторые развлечения из тех, которым предаются в верхних комнатах, тоже, несчастного бы отсюда пинками выгнали. А потом и из полиции. Эх, где вы, времена «короля-солнце»? Тот бы подобного гадюшника не допустил никогда! Людовик Четырнадцатый Фронду пережил, он отлично понимал, ЧТО это такое – бунт. Окажись он здесь и сейчас, летел бы Луи-Филипп Орлеанский по Парижу вперед своего визга. И, возможно, по направлению к палачу. Варя знала историю принца-предателя. И была рада, что его тоже определят на гильотину. Но сегодня она пришла сюда не за этим. Сейчас никто не узнал бы в ней ту самую мадам Изиду. Сейчас она тут – самая непримечательная деталь пейзажа, сестра русского князя. И выглядит соответственно. В меру пышное платье, сильно напудренные волосы и лицо, на котором нарисована маска. Губки бантиком и бровки домиком. Цирк… Боги милосердные, цирк во дворце кардинала! Который все продумал, который проект спланировал так, что люди и спустя триста лет в восхищении. И эти… «улучшатели», которые на все готовы ради денег. Ей-ей, рыба гниет с головы, и тут это особенно заметно. Варя брезгливо придержала подол, чтобы тот не проволокся по свежей кучке того самого. Страна высокой культуры, Мольер, Вольтер и Дидро… и это совершенно не мешает кому-то мочиться на стену, а кому-то совокупляться в подворотне. Ага, а вот и ее прохвосты. Джордж – и на поводке у него Север. Оба выступают спокойно и равнодушно, разве что собака выглядит более аристократичной. Оно и понятно, Джордж в сапогах, а вот каково собаке – лапами по всему этому? Ф-фу! Так и кажется, что Север морщится, брезгливо лапы поджимает. Ага, а вот и он! — Держи!!! Держи вора!!! — Север, – тихо скомандовал Джордж. Громадная собака рванулась с места одним прыжком. Молча, без лая и воя (волкособам это вообще не свойственно), просто прыжком догнала убегающего, повалила, оскалилась и тихо, но грозно зарычала. |