Онлайн книга «Смерть тебя помнит»
|
Книга, к разочарованию Софи, была закрыта. По углам переплетной обложки были прибиты металлические накладки цвета бронзы с двумя изображенными в профиль грифонами, с повернутыми друг на друга головами по центральной от верхнего угла линии. Вычурные уголки из металла могли похвастать цилиндрическими выступами – «ножками» для образования пространства между книгой и поверхностью, на которой Кодекс мог лежать как лицевой, так и обратной сторонами. Цифровые экраны, висящие на стенах, транслировали фото страниц Кодекса в хорошем качестве. Кнопки, установленные на них, позволяли переходить к интересующим частям, пролистывая те, что неинтересны зрителю. — Евангелие писалось под руководством Бога. – Аластер склонился над стеклом, рассматривая светло-серую обложку. – Кодекс Гигас писался под руководством Дьявола. Софи оглядела помещение. Кроме них, никто сюда не заходил, в углу комнаты под потолком, висела камера слежения. Одинокое черное око с тихим щелчком повернулось в их сторону, наблюдая. Глаза Роули при этом зажглись азартом. — Не вздумай! – попятилась она. — Что не вздумать? – тоном змея-искусителя спросил он и шагнул к Софи, обвивая рукой ее талию. – Подыграй мне, – прошептал он ей на ухо, опалив кожу горячим дыханием. — Зачем? — Затем, что влюбленные профессор и его аспирантка вызовут меньше всего подозрений. Он поцеловал ее шею, посылая импульс, и сердце снова заколотилось, как сумасшедшее. Роули привлек ее к себе, но Софи еще держалась. Ей так хотелось поддаться и вступить в эту игру, пусть только игру. Игра. Она не хотела быть для него игрой. Почему-то эта мысль больно уколола сознание, но прежде чем Мортем отстранилась, Аластер приподнял ее подбородок и коснулся губами губ. Болезненно нежно. На вкус он был сладко-горьким. Как если бы экстра-черный шоколад смешали с перцем чили. Его мягкие настойчивые губы ласкали, заставляя Софи разомкнуть свои. Желание распространилось по коже и опустилось ниже живота. Когда раздвоенный язык Роули дотронулся до ее и начал выписывать круги, манить сплестись с ним, Мортем на мгновение забыла, как дышать, забыла, где они находятся. Ощущение было необычным, пугающим и манящим одновременно. Каждая из сторон его языка скользила отдельно, делая поцелуй глубже и чувственнее, чем она могла себе представить. Она хотела обнять Аластера, прижаться так сильно, чтобы ощутить кожей его тело, и уже собиралась сделать это. Его правая рука, которой он гладил ее спину, поднялась выше и провела по шее, а затем он с шипением отпрянул, разрывая и объятия, и поцелуй. — Розарий, – скорбно усмехнулся Роули и подул на покрасневшие, обожженные пальцы. – Кажется, я понял, зачем ты его надела. Его глаза, сейчас янтарно-карие, полностью заполнили черные зрачки, грудь тяжело вздымалась, но он улыбался, казалось, самой соблазнительной из своих улыбок. И Софи, опьяненная им, улыбнулась в ответ, еще чувствуя на губах вкус его губ. — Добрый день. – Мужской голос раздался со стороны входа, и Софи вздрогнула. Очарование момента рассеялось. Мужчина, стоявший в проеме, напоминал сову: взъерошенные волосы, толстые стекла огромных очков и округлость невысокой фигуры. На нем был костюм в полоску, а в руках тонкая папка с бумагами. — Добрый, – кивнул Роули, снова напустив надменности в голос. |