Онлайн книга «Смерть тебя помнит»
|
— Я разберусь, – бросил Фауст, взглядом давая понять, чтобы Роули уходил, что тот и сделал. – Пропустите, пожалуйста, моего коллегу. Завернув за угол здания, демон вытащил телефон словно бы для того, чтобы позвонить. Оглянулся и, удостоверившись, что никто не смотрит, он переместился в свои апартаменты. Жилье Роули располагалось в угловом доме того же перекрестка, на котором стоял его бар. Окна квартиры выходили на пересечение дорог и позволяли видеть парадные двери Абсентерии. За спиной что-то упало. Он резко обернулся. — Да вы издеваетесь! Монашка, проклятая монашка, которую он только что оставил на носилках, переместилась вместе с ним. Сухая, скрюченная фигура лежала на паркете гостиной. Пыльное церковное тряпье мешком окутало мелкое тело. Нависнув сверху, Аластер недовольно цокнул языком – она была без сознания. Об этом говорили закрытые глаза и безвольно лежащая голова, немного повернутая в сторону. «Надеюсь, сдохла», – подумал Роули и прислушался. Нет. Ожившее сердце слабо, но билось. Мысль, посетившая его, как только он услышал грохот за спиной, сверлила голову. В призыве он связывал себя с Лилит, но, похоже, прошедший не по плану ритуал привязал «это» к нему. И «это» теперь будет перемещаться вместе с ним, куда бы он ни отправился. Измененной рукой с острыми когтями Роули потянулся к шее монашки, намереваясь избавить себя от проблемы раз и навсегда. В кармане брюк завибрировал телефон. Аластер выпрямился, ехидно отвечая на вызов: — Фауст! Что-то потерял? — Она у тебя? — Да. — Значит, пусть у тебя и остается. Я приведу в чувство Лилит, а ты пока узнай, кто же с ней пожаловал. — Зачем мне здесь монашка? — А мне зачем? — В сделке этого не было. — Вот именно, поэтому она твоя забота. И да, Роули, не вздумай убить ее, если имеешь виды на Лилит. Аластер сжал зубы и сбросил звонок. Засунув руки в карманы брюк и стоя в полумраке гостиной, он смотрел, как мумия приходит в себя. На него уставились глаза цвета ясного неба, которые снова начала заполнять паника. Ее рот открылся, издавая хрипы, не способный исторгнуть внятную речь, а лицо будто бы стало выглядеть не таким сухим, каким было в костеле. — Ты меня понимаешь? – спросил он на чешском. Она медленно прикрыла веки, а затем открыла и снова посмотрела на него. — Кто ты? – вырвалось у него, хотя Аластер и понимал, что голосовые связки в ее немощном теле, скорее всего, разрушены. Роули зло потер шею, развязывая тесемки белого воротничка, который сыграл свою роль. Он бросил его возле лежащего на полу тела и ушел в ванную. Роули, бесспорно, мог сделать так, что одежда и тело выглядели бы чистыми, лишь пожелай этого, но стоять под теплыми струями в душе куда приятнее. Исчерпав годовой лимит воды одной из южноафриканских стран, он обернул бедра полотенцем и вышел из душа. Его квартира с двумя спальнями, кабинетом и гостиной занимала половину этажа, а в сочетании с высокими потолками, казалось, и вовсе воровала все пространство здания. Пройдя гостиную, он переступил через монашку, которая лежала там же, куда упала после перемещения, и Роули не собирался переносить ее куда-либо еще. Он обвел взглядом помещение, разделенное на несколько зон: антикварный диван, стоящий у стены напротив окон, и отреставрированный комод семнадцатого века легко контрастировали с новой черной мебелью и светлыми стенами. Картины с черно-белой графикой соседствовали с темными полками, где умещались старые фолианты на разных языках. Единственным диссонансом в жилище было тело, лежащее на черном паркете, и этот факт заставлял Роули кривиться. |