Книга Необычайные истории из жизни людей и бесов, страница 73 – Дмитрий Факофский

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Необычайные истории из жизни людей и бесов»

📃 Cтраница 73

После приёма пищи наступает новое испытание. И я мысленно готова к нему. Сын возвращается и закрывает за собой дверь. Знаю: чтобы к нам случайно не заглянули его жена или мой внук. В его руках пластмассовый тазик, на дне которого покоится резиновая груша – ещё один символ моей слабости.

— Мама, пора делать клизму.

Я всё перенесу. Я сильная. Вот уже я ложусь на диван, задираю халат, стараюсь помочь, но у меня ничего не получается: ткань сползает вниз. Сын всё делает за меня. Он одёргивает халат, спускает с меня панталоны, вводит клизму… Всё глубже и глубже…

— Сейчас, мам. Потерпи немножечко. Уже скоро.

Жёсткая резина скользит внутрь. Я чувствую, как низ живота наполняется тёплой жидкостью, стараюсь расслабиться, не думать о том, что он со мной делает…

Прислушиваюсь к голосу Надежды Обуховой, к смеху детей за окном, к пению птиц…

Из последних сил зажмуриваюсь и цепляюсь пальцами в обивку дивана. В памяти проплывают страницы из прошлого, те главы, в которых я ещё молода. Там, где мой любимый ещё жив, и мы оба счастливы. Но вскоре всё это испаряется, тает в словах сына, подобно снежинке, невесть как попавшей на горячий песок.

— Ну вот, сейчас, мама, тазик поправлю, потерпи.

Меня приподнимают, ставят на колени. Как собачонку на выставке… Я терплю из последних сил, и когда тазик уже подо мной, меня прорывает. Стыдно и больно…

Всё это совершенно естественно. Я это осознаю, но всё равно мне по-прежнему не по себе. Я пытаюсь представить себе глаза сына, который наблюдает за процессом опорожнения, как он морщится от резкого запаха и мечтает лишь о том, чтобы весь этот кошмар поскорее закончился, навсегда ушёл из их жизни вместе со мной.

В такие минуты я и сама этого хочу. Возможно, даже больше, чем все они, вся моя семья, но ничего не могу с этим поделать. Я по-прежнему жива. Незаметно для самой себя я начинаю плакать – беззвучно, едва всхлипывая, дожидаясь, пока сын уберёт тазик и поможет подняться, прежде чем заметит полоски слёз на моих щеках.

— Ну, что опять?

Его уставший взор и нервозность в голосе ещё больше расстраивают струны. Я говорю, что всё в порядке, стараюсь сыграть роль благодарной матери, но выходит фальшиво, криво. Как-то совсем неестественно. Сын молчит, качает головой и уходит. Лишь тогда я беру себя в руки и успокаиваюсь.

Бывает, я почти согласна умереть и даже всячески намекаю им – моим родным: ну, чего же вы ждёте? Я разыгрывала бессонницу, шла ночью к ним в комнату и битый час уговаривала выдать снотворное: не спала сама и мешала спать им. В итоге они не высыпались и шли на работу, а внук в школу – уставшими и злыми. Несколько раз я пыталась найти заветный тайник, где они прятали таблетки, но тщетно.

Конечно, я прекрасно понимала, что в моей смерти нет ничего сложного. Только и нужно, что включить на кухне газ, а потом сесть рядом, закрыть глаза и умереть. Однако при дневном свете, наедине с собственными мыслями, я каждый раз трусила. Сил, чтобы сделать последний и решающий поступок в этой жизни, у меня не было.

Родные ненавидели меня всё больше и больше, а я всё провоцировала, зная, что никто не железный, видя, как с каждым днём улетучивается их напускное смирение. И всё грознее набухает в их душах нарыв. Вот-вот он лопнет, чтобы всё закончилось…

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь