Онлайн книга «Вернулся в прошлое, когда всё ещё стояло»
|
— Ты бы его на сцену выпустил, — предложил он. — Кот как элемент шоу. Все ахнут. — Ага, и он утащит весь реквизит. — Тем более шоу. — Ну, на сегодня хватит. — Слава богу. — Дима потянулся. — А у меня, между прочим, свидание. — С Марусей? — Виктор поднял бровь. — Ну а с кем же. — Дима подмигнул. — Она, знаешь, не такая уж и ехидная, когда рядом нет твоей мамы. — Да я в курсе. — Виктор усмехнулся. — Она хорошая. Не обижай её. — Обижу — сам меня побьёшь. — Дима встал, потянулся. — Ладно, я в душ и поехал. Ты как? — Дойду до вахты. Надо отдать должок. Дима понимающе кивнул и скрылся за дверью. Виктор прибрал со стола самое ценное и вышел в коридор. По пути заскочил в лавку на первом этаже, купил шоколадку — большую, с орехами, ту, что нравилась вахтёрше. Изольда Павловна сидела за своей конторкой, вязала что-то бесконечное и смотрела в маленький телевизор. Увидев Виктора, подняла голову. — Явился, полуночник. — Явился. — Он положил шоколадку перед ней. — Это вам. За терпение. — Ой, да что ты. — Она отодвинула вязание, взяла шоколадку, повертела. — С орехами же? Моя любимая. — Знаю. Вахтёрша вздохнула, отложила плитку и строго посмотрела на него поверх очков. — Ты это, Нестеров. Приходила опять твоя краля. — Люда? — Она самая. — Изольда Павловна поджала губы. — Стояла тут, глазами хлопала. Говорит, конспект оставила, пусти. А я её не пустила. — Спасибо, — искренне сказал Виктор. — Да погоди благодарить. — Она подалась вперёд. — Ты бы разобрался с ней, что ли. Девка она, конечно, видная, но уж больно настойчивая. Ходит и ходит. Как привязанная. — Разберусь, — пообещал он. — И героя в вашем лице не забуду. Вахтёрша махнула рукой, но улыбнулась. — Иди уже, Ромэо. А то разбудишь кого своим обаянием. Виктор усмехнулся и пошёл к лестнице. В комнате его встретил Бергамот — вылез из-под кровати, потёрся о ноги. Виктор наклонился, почесал его за ухом. — Всё, котяра. На сегодня всё. Он разделся, лёг. Только тогда, в тишине, достал телефон. Сообщение от Люды висело на экране, непрочитанное. «Соскучилась по твоему взгляду на своём теле. Ты ведь тоже по мне скучаешь, правда?» И следом — фото. Люда лежала на животе на смятой простыне, оглядываясь через плечо. Волосы разметались по подушке, спина прогнута, и в этом изгибе было всё, что Виктор про неё знал: вызов, голод, игра, в которой он не до конца понимал правила. Он смотрел на снимок долго. Внизу живота привычно потяжелело. Люда умела делать это одним кадром — вытаскивать его из собственной головы и бросать в жар. Он не стал отвечать сразу. Отложил телефон на тумбочку, закинул руки за голову и уставился в потолок. Отец Лизы. Конкурс. Карина. Люда. Гриша. Всё это теперь было связано в один тугой узел, и Виктор чувствовал, что тянуть за любую нитку — значит развязать всё разом. И провалился в сон. Разбудил его Бергамот — прыгнул на грудь, требовательно мяукнул. За окном было уже светло. Дождь кончился, и в щель между шторами лезло неяркое утреннее солнце. Виктор потянулся, согнал кота и сел. Голова была тяжёлая, как после долгой дороги, но внутри не осталось вчерашней липкой тревоги. Он сам удивился этому. Сон, выходит, перемолол то, что не смог перемолоть он сам. Телефон на тумбочке мигнул. Люда. «Ты меня игнорируешь. Это так по-мужски». |