
Онлайн книга «Что это за игра?»
– Нет. Или, может быть, есть, только мы этого не сознаем. – Сомневаюсь. Хотя он и согласился с Грейси, ее уверенность, что они отличаются друг от друга почти как представители разных видов, его раздражала. Что было глупо и несправедливо, ведь Джеймс сам частенько концентрировался на их несовместимости, чтобы совладать со своим влечением. – Однако что-то все-таки есть, не так ли? Грейси пожала плечами. – Если ничего нет, то почему ты здесь? – Из любопытства. Джеймс не стал спорить, а только усмехнулся. – И это все? – Ты отвлек меня от моей мысли. – Это от какой? – Что я ненавижу здоровое питание. Джеймс кивнул, крепко сжав губы, чтобы сдержать улыбку. Потом самым что ни на есть серьезным тоном произнес: – В таком случае мне нужно отменить заказ. Я забронировал столик в веганском ресторане сырой пищи, куда собирался тебя повести. Грейси резко подняла голову, на ее лице уже появилась хмурая гримаса. – Надеюсь, ты шутишь? Джеймс засмеялся. – Неужели ты правда думаешь, что я так мало о тебе знаю, что могу повести тебя в ресторан здорового питания? Грейси пожала одним плечом. Кажется, рядом с ним она часто повторяла этот жест. – Ты отказался есть мои капкейки, так что я не могу исключить и такое. Ах да, война между ними из-за капкейков началась вскоре после знакомства. В доме Митча и Мадди они были вынуждены находиться вместе, и Грейси тогда вела себя очень враждебно и постоянно цеплялась к Джеймсу. И когда она предложила ему свои капкейки, он резко отказался, хотя, возможно, с его стороны это было ребячеством. Каким-то образом битва разрослась до размеров полномасштабной войны, и между ними возникло противостояние на почве ее выпечки. Это звучало нелепо, да и было нелепо в действительности, но вот так вышло. В эти выходные Джеймс собирался показать Грейси, что он все-таки не безнадежный зануда. Джеймс вздохнул с таким выражением, как будто речь шла о тяжкой обязанности. – Ладно, когда ты сделаешь капкейки в следующий раз, я их поем. Несколько секунд Грейси молча смотрела на него, потом заметила: – Знаешь, большинство людей не считают поедание капкейков тяжким трудом. – Я – не большинство людей. У Джеймса имелись причины быть таким, каким он был, он знал, почему ему необходимы дисциплина и контроль над собственной жизнью. Другие могли их и не понимать, но для него эти причины были разумными. Дисциплина и упорядоченность спасли его в те времена, когда он думал, что его спасти невозможно, и он не собирался просить за это прощения. – К твоему сведению, я не потому предпочитаю здоровую пищу, что хочу тебя оскорбить. Я так питался задолго до знакомства с тобой. Грейси повертела в руках кончик пояса халата. – Тогда почему это выглядит как оскорбление? – А вот это ты мне расскажи. Она глубоко вдохнула и медленно выдохнула. – У меня такое чувство, что ты меня осуждаешь. Джеймс опешил. То, что она сказала, было настолько далеко от его мыслей о ней, что поначалу он даже не знал, что ответить. – Откуда ты вообще это взяла? – Ты кричишь на Шейна, когда он ест «Читос». Джеймс растерялся. Он не понимал, как одно связано с другим. – Ну да, и что? Он мой брат. Он регулярно достает меня по поводу моего питания и тренировок. А я в ответ достаю его по поводу вредной еды. Братья так себя и ведут. – Значит, ты будешь есть «Читос»? Лицо Грейси озарило то, что Джеймс мог определить только как надежду. – Господи, нет, конечно. Ты знаешь, сколько в них всякой химии? Джеймс не хотелось обманывать ее ожидания, но он не желал притворяться. Даже ради нее. Грейси поникла, ее пальцы крепче сжали пояс халата. – Вот видишь? Это я и имела в виду. – Как обычно, логика твоего мышления от меня ускользает. – Джеймс подался вперед в кресле и поставил локти на колени. – Какое отношение моя нелюбовь к «Читос» имеет к тому, что я якобы тебя осуждаю? Грейси открыла рот, что-то бессвязно пролепетала и снова замолчала. – Я просто говорю, что поэтому-то мы и несовместимы. – Все равно не понимаю. Ты так любишь «Читос», что требуешь, чтобы каждый парень съел пакет этих чипсов, прежде чем ты согласишься пойти с ним на свидание? Если это так, то наше свидание не состоится. Грейси несколько мгновений смотрела на него широко раскрытыми глазами, потом на ее губах появилась дрожащая улыбка. – Нет, конечно. У меня нет фетишей. – Ни одного? – Джеймс нахмурился, понимая, что ему нравится ее поддразнивать. – Вот уж не ожидал от такой раскрепощенной девушки. Какое разочарование, я-то думал, что смогу научиться у тебя кое-чему новенькому. Грейси вздохнула и передвинулась, полы халата немного распахнулись и приоткрыли часть ноги выше колена, но она быстро запахнула их снова. – Не меняй тему. – Я эту тему даже не понимаю. Пытаюсь, но не могу понять, как одно связано с другим. Подтекст никогда не был его сильной стороной. – Дело в том… просто… ну, я ем пиццу, и если кто-то сидит рядом и осуждает мой выбор еды, это портит все удовольствие. – Грейси, я тоже иногда ем пиццу. Я не робот. – Никогда не видела. – Это не означает, что я никогда ее не ем. Знаешь, что я думаю? Это ты меня осуждаешь. Ты меня осуждаешь и предполагаешь, что я делаю то же самое. А я этого не делаю. Если я когда-нибудь думал о том, что ты ешь, то только когда представлял, как я это с тебя слизываю. Не больше и не меньше. – Казалось, эти слова поставили Грейси в тупик. Она снова принялась теребить пояс халата, поэтому Джеймс продолжил: – Когда я готовлюсь к соревнованиям – а когда ты в последний раз провела со мной какое-то заметное время, я как раз к ним готовился, – я ем здоровую пищу, потому что это влияет на мои результаты. Может, я и не фанат спорта, как Шейн и Эван, но у меня тоже есть дух соперничества, и я хочу улучшить свой результат. Когда готовишься к марафонскому забегу, нездоровая пища хорошим результатам не способствует. Но я не тиран и не жду, что все остальные будут следовать моему примеру. Теперь тебе все понятно? Или осталось что-то еще? Грейси долго не поднимала глаза, потом наконец неуверенно проговорила: – Значит, тебе не важно, что я неспортивная? У меня совсем нет накачанных мускулов. С какой стати она думала, что это имеет для него значение? Ну да, ее фигура пышнее, чем требует индустрия моды, точно так же, как фигура Мэрилин Монро в наше время не считалась бы модной. И Грейси сознает, как она действует на мужчин. Он уже наблюдал, как она снова и снова пользуется этим для своей пользы. Так почему же она думала, что ему нужно, чтобы у нее были накачанные мускулы? |