Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 583 – Василий Цветков

Таким образом, созданное временное Управление фактически обретало статус постоянного правительства. По предложению Таскина, «организация краевой власти по типу министерств была признана нежелательной, как слишком громоздкая и сопряженная с большими расходами». Структура власти в Крае во многом походила на сложившуюся в тот же период военизированную структуру власти белого Крыма. В Чите были созданы «особые управления на правах министерств, возглавляемые отдельными начальниками, подчиненными Помощникам Главнокомандующего по принадлежности». Правда, вместо пяти намеченных управлений первоначально было сформировано два: Внутренних дел и объединенное Управление торговли, промышленности, труда и продовольствия».

Начальником управления внутренних дел стал бывший (до 1917 г.) губернатор Забайкальской области и помощник Таскина в должности управляющего областью, «опытный администратор», по оценке Семенова, – А. В. Волгин. Но введение военно-полевого порядка отнюдь не означало отказа от ранее намеченного созыва представительного совещания. 21 марта 1920 г. был создан Политический отдел, возглавлявшийся генерал-майором Д. Н. Сальниковым и объединивший отделения по внутренней, внешней политике, и осведомительное^[949]. В первых же приказах Семенова, как носителя единоличной власти, проявилось его стремление показать себя не как неограниченного правителя, осуществляющего власть по собственному произволу, а как главу власти, стремящегося получить должную общественную поддержку. В этом проявилась специфическая для последнего периода Белого движения концепция – диктатура, опирающаяся на представительные структуры.

Отдельные оценки личности атамана Семенова нуждаются в уточнении. Вопреки мнению об атамане Семенове как о диктаторе и «безоговорочном монархисте», нельзя не отметить, что в его политических ориентирах, в частности, допускалось признание республиканской формы правления. Так, в телеграмме лидеру сибирских областников Потанину, отправленной в декабре 1917 г., Семенов заявлял: «Всецело разделяя Ваши стремления создать жизнь сибиряков на принципе свободных начал, приветствую Вас от имени своего отряда, который вышел на защиту завоеванных свобод всех народностей Сибири, их самоопределения от наглого посягательства предателей родины – большевиков. Да здравствует Российская Федеративная Республика! Да здравствует казачество, вставшее на защиту самоопределения народов!»

В первоначальных политических заявлениях Семенова подчеркивалась необходимость передачи власти Учредительному Собранию, а офицерам отряда запрещалось в публичных местах демонстрировать свои монархические убеждения. 18 марта 1920 г. в опубликованном интервью Семенов предупреждал об опасности партийно-политических разногласий и установлении беспартийной, «всенародной» власти: «Братоубийственная война будет продолжаться до тех пор, пока мы не устраним от власти эти партии и не образуем такую власть, которая будет отстаивать одинаково интересы всего русского народа»^[950].

Проект реорганизации управления в Сибири, составленный Семеновым незадолго до его назначения на должность Верховного Руководителя Российской Восточной Окраины при активном сотрудничестве с органами представительной власти, выражал отказ от излишнего «централизма». В конце декабря 1919 г. в переехавшей в Иркутск официозной газете «Русское дело» был опубликован т. н. «Читинский проект» атамана Семенова (перепечатка его интервью, данного полномочному представителю Чехословакии майору Кошеку в газете «Ческий Денник» 2 декабря 1919 г.). Развивая идеи своего, еще «октябрьского», проекта, отправленного на имя Верховного Правителя, атаман обосновывал важность «смены курса» Российского правительства в условиях падения Омска, быстрого сокращения фронта и соответствующей перестройки аппарата управления. Показательно, что Семенов при этом подчеркивал свое стремление «быть с чехословаками в самом дружеском контакте», несмотря на то, что «в политическом отношении имеются точки разногласия» с ними.