Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 612 – Василий Цветков

План Семенова – Клерже во многом соответствовал распространенным среди Белого движения в России и в эмиграции в 1920 – начале 1921 г. настроениям и надеждам на сохранение единых вооруженных сил и создание общих военно-политических структур, способных при первой же возможности выступить «против большевизма» и объединить вокруг себя всех антибольшевиков, в том числе и из среды повстанческого движения^[979].

Таким образом, к концу 1920 г. перед Семеновым и отступившими в Маньчжурию белыми войсками представлялась возможная перспектива продолжения борьбы, но никакой опоры для этого на территории бывшей Российской Империи уже не было. Тем не менее, Семенов и его ближайший соратник генерал-лейтенант барон Р. Ф. Унгерн предприняли попытку создания нового центра Белого движения, используя для этого территорию, ресурсы, а также основы политической и духовной жизни соседнего государства. Опыт создания военно-политической модели Белого движения на основе возрождения «Азиатской Империи» можно считать уникальным в истории гражданской войны. Этот вариант полностью вписывался в расчеты Семенова о возможном скоординированном выступлении всех антибольшевистских военных и политических сил. В подобную «схему» вписывались, в частности, планы активации антибольшевистских сил в Приморье в мае 1921 г. Стратегический план Семенова – Клерже стал реальностью завершающего этапа истории Белого дела в России.

История белого Забайкалья свидетельствует, что здесь, вопреки устоявшимся представлениям о Белом движении как об исключительно авторитарном по своей сути, впервые активно работали представительные структуры, созданные на основе широкой коалиции – от казачества до профсоюзов. Тем не менее создание Краевого Народного Собрания и его деятельность не принесли ожидаемой поддержки белым. Проведение на основе краевого «парламента» политики «коалиции с общественностью» оправдалось бы при наличии достаточно сильных «несоциалистических» общественных и партийно-политических структур, но они оказались неорганизованны, ослаблены внутренними конфликтами («каппелевцев» и «семеновцев», в частности). В итоге вектор политической активности Забайкалья летом – осенью 1920 г. неизбежно сместился «влево» и привел к поражению принципиальной идеи Белого движения – «борьбы с большевизмом».

В историографии гражданской войны не последнее место занимают проблемы, связанные с попытками организации центра Белого движения в Монголии. Правда, нередко изучение исторических особенностей данной проблемы отличается повышенным вниманием к личности барона Романа Федоровича Унгерна фон Штернберга и его легендарной Азиатской дивизии, обретая даже некий мистический оттенок. Начальник дивизии Дальневосточной армии представляется воином, обладавшим особым даром повелевать, вершить судьбы людей и государств, возрождать из небытия давно ушедшие «Великие Империи». Пророческими оказались слова бывшего министра Временного Сибирского правительства И. И. Серебренникова: «О действиях барона Унгерна в его противобольшевицкой борьбе написано довольно много. Его имя, ушедшее теперь в историю, окутывается уже разными легендами, были перепутываются с небылицами, и трудно сейчас отсеивать одно от другого. Быть может, поэты будущих лет воспользуются этими легендами, как сюжетами для баллад о «белом бароне»^[980].