Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 750 – Василий Цветков

Интересный проект изложил в докладе на закрытом заседании Собора 28 июля член Правительства Е. М. Адерсон. В нем совмещались принципы «традиционного монархизма» и новые принципы организации власти. В нем, по сути, считалось необходимым осуществить ту модель установления власти, которая предполагалась еще в марте 1917 г., после непринятия Престола Михаилом Романовым. По предложению Адерсона, «будущая Россия должна быть парламентской монархией, в которой Государь должен избираться Всероссийским Учредительным Собранием. Правительство должно иметь широкие полномочия, но действовать на основании изданных Народным Собранием законов. Парламент не должен вмешиваться в дела государственного управления и назначения должностных лиц. Совет управляющих ведомствами, играющий роль Совета министров, должен назначаться правительством, а его председатель – утверждаться правительством по соглашению с Народным Собранием. Роль третейского и конституционного суда должен играть специально для этого созданный Государственный Совет, состоящий из представителей всех ветвей власти и Вооруженных сил»^[1168].

Депутат Васильев отмечал в своем докладе, что «такая форма управления является наиболее целесообразной; идея единоличной власти более понятна народу, чем идея всякой другой формы власти; орган управления должен быть гибким, способным быстро принимать решения, каковым может быть только единоличная власть». Многие члены Земского Собора считали, что Правителем Края должно стать лицо, связанное со «старым режимом», из среды хорошо известных чиновников или военных и, главное, тех, кто был непосредственно связан с местными, краевыми интересами.

Наиболее подходящей, в дальневосточных масштабах, представлялась кандидатура бывшего Тобольского и Томского генерал-губернатора, камергера Высочайшего Двора Н. Л. Гондатти, проживавшего в Харбине. Его поддерживали лидер Несоциалистического Комитета Харбина Н. М. Доброхотов, Архиепископ Харбинский и Маньчжурский Мефодий, представитель Владивостокского Биржевого Комитета И. К. Артемьев, Руднев, Васильев и сам Дитерихс. Возможность самому баллотироваться на должность Правителя генерал допускал только в случае отказа Гондатти от избрания.

Поскольку Гондатти снял свою кандидатуру, а Дитерихс остался единственным претендентом (братья Меркуловы взяли самоотвод раньше), 6 августа 1922 г. прошла баллотировка. За избрание Дитерихса было подано 213 голосов (подавляющее большинство) и лишь 19 – против. 8 августа, на 12-м заседании Земского Собора генерал Дитерихс был провозглашен «Главою Приамурского Государственного Образования». Правительство сложило свои полномочия, передав, таким образом, Правителю Приамурского Края высшую военную и гражданскую власть. Грамота Земского Собора, врученная ему, гласила: «Призывая на Вас Благословение Божие, Русская Земля Дальнего Русского Края в лице Амурского Земского Собора объединяется вокруг Вас, как своего Правителя и Вождя, с пламенным желанием вернуть русскому народу свободу и собрать воедино бредущих розно в смутную годину русских людей под высокую руку Православного Царя. Да восстановится Святая Русь в ея прежнем величии и славе…».

«Рабочим Председателем» Земского Собора стал экстраординарный профессор уголовного права Иркутского университета, бывший и. о. прокурора Казанской судебной палаты в 1917 г. Н. И. Миролюбов («Почетным Председателем» Собора был избран Святейший Патриарх Тихон (см. приложение № 23). Он был знаком с Дитерихсом еще со времени совместной работы по расследованию убийства Царской Семьи. Здесь проявилась традиционная для российского Белого движения тенденция – участие юристов в структурах управления и в общественно-политических организациях. Но, показательно, что Миролюбов еще до поступления в Казанский университет закончил (в 1895 г.) Казанскую духовную академию. В Харбине Миролюбов выступил с инициативой образования Юридического факультета, став первым его деканом^[1169].