Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 781 – Василий Цветков

Для того чтобы потом красным завоевать у белых Камчатку, нужен флот, и не малый, а его надо в Тихий Океан откуда-то провести, нужна и большая армия, а перекинуть ее через Охотское Море будет не так-то просто!

Поселившись, не спеша и с толком, на Камчатке со всем флотом адмирала Старка и оборудовав в Петропавловске небольшой завод для починки и ремонта морских судов, взяв для этого все необходимое из Владивостока с Механического Судостроительного Завода, при надлежащем и экономном управлении можно жить на те рыбные и пушные богатства, которые дает Камчатка и которые можно увеличить, если там будет тысяч 12–15 каппелевцев и прочего переселившегося туда люда. Близость Америки и Хакодате даст возможность покупать и привозить оттуда необходимый провиант.

Дело бы встало только за тем, кто поведет туда и кто возглавит этот новоявленный Китеж? Кто должен быть тот человек, конечно не Меркулов и не простой смертный, с кем было бы «и жить и умирать легко?» И не передо мной одним проносилась тогда мысль, что не грех бы было хоть на шестом-то году революции кому-нибудь из привычного для нас Царского Дома выйти из заграничного уюта и пожертвовать собой для последней кучки русских офицеров и солдат, прошедших боевым походом от Волги до Океана и пожелавших попытаться жить и умереть на Русской Земле. Пожертвовать собой и, может быть, затеплить русское национальное дело?..

Мысль о таком вожде из Царского Дома была предметом моих двух докладов осенью того же 1921 года в Студенческом Обществе (во Владивостоке был Дальневосточный Государственный Университет, преобразованный из Восточного Института) и в Совете Несоциалистического Съезда, которому я предлагал заняться выработкой программы для дальнейшей деятельности в жизни в Приморье.

Докладывая Совету, что жить изо дня в день без цели и вех нельзя, а поставленные раньше – захват власти – достигнуты, я говорил, что надо избрать нам какой-нибудь, но определенный, путь для деятельности нашего Правительства. Плюсами могут быть, например, говорил я, два положения: на одном конце – японский формальный протекторат, на другом – свой самостоятельный Правитель из Великих Князей или Князей Крови. Между этими крайностями находится целый ряд возможных комбинаций, но нужно на чем-то остановиться определенном и стремиться к осуществлению принятого.

Об использовании Камчатки как главной, а без японцев – и единственно возможной, – базы для дальнейшего существования белых я докладывал Пленуму Приамурского Правительства…»^[1223].

Планы эвакуации Земской Рати не в Китай и Корею, а на Камчатку составлялись и командованием Сибирской флотилии, и бывшими членами Приамурского Правительства. Согласно исследованиям А. А. Хисамутдинова, в соответствии с данными планами С. Д. Меркулов, специально посланный Г. К. Старком в Японию, докладывал, что надеется использовать свои связи во влиятельных японских кругах, чтобы обеспечить отход на Камчатку и помощь Японии новому Камчатскому государственному образованию. Это же подчеркивал и А. А. Пурин, который позднее вспоминал: «Адмирал Старк несколько раз беседовал со мною о севере, его возможностях и выяснил, что туда необходимо переправить для создания тыловой базы, которая могла бы питать освободительное движение. С цифрами в руках я доказывал огромные возможности севера, если хозяйство его поставить на должную высоту. Тогда же почтенный адмирал высказывал предположение, что туда необходимо перевести механические мастерские, приспособления для устройства дока, ледоколы, устроить склады продовольствия и прочее, а на прощание заявил: «Имейте в виду, что скоро вам придется разместить 30 000 человек». Мне было ясно, что армия и флот из Владивостока должны были прийти на север».