Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 848 – Василий Цветков

Не дожидаясь ответа на настоящее письмо, я, руководствуясь Вашим приказом № 15, признаю Вас общим руководителем работ на монгольском фронте, и по мере возможности закончу подготовительные мероприятия, к которым отношу: 1) организацию местной власти из аборигенов в Алтайском округе, до получения ими указаний из Урги, до которого времени мне придется охранять границы округа от китайцев, 2) разведку и группировку моих войск на операционном направлении вдоль р. Иртыша.

Как писал Вам в предыдущем сообщении мой корпус очень нуждается в трехлинейных патронах так как имевшийся запас израсходован, от китайцев же отобраны винтовки Маузера образца 1890 года, винтовок этих немного, но патронов излишек. Затем плохо в смысле хлеба – здесь его совершенно нет, нет и поблизости на русской территории. Но много имеется чаю и мануфактуры, которые здесь единственные средства расплаты с населением. Также плохо с зимним обмундированием. Относительно количества необходимых средств, предметов вооружения и обмундирования. Вам доложат мои офицеры, с которыми я посылаю это письмо в Ургу.

Сведений из России имею мало, разведчики еще не прислали донесений. Известно лишь, что большевиков вдоль границы мало, охрану несут главным образом комячейки приграничных селений. Эти же комячейки ведут агитационную работу на зарубежной территории.

Из посланных офицеров один остается в Урге, для связи при Вас. Для быстроты обмена сведениями желательно воздействовать на монгол, чтобы выставили уртоны между Кобдо и Шара-Сумэ. У меня имеется приемная радиостанция, так что если в Вашем распоряжении будет мощная передаточная станция, то можно было бы организовать связь кроме того этим путем.

П.п. генерал-лейтенант Бакич

Начальник штаба, Генерального штаба генерал-майор Смольнин ГА РФ. Ф. 5881. Оп.2. Д. 896. Лл. 25–26 об.

Воззвание Дальневосточного Комитета Союза Сибиряков-Областников о поддержке антибольшевистского повстанческого движения в Сибири (г. Владивосток, июнь 1921 г.).

К населению Дальнего Востока.

После октябрьских событий 1917 г. в центре России и насильственного прекращения деятельности Всероссийского Учредительного Собрания, прервалось закономерное развитие Русского государства и страна стала ареной гражданской войны.

Не избегла этой участи и Сибирь. Движение в пользу ее автономии, развивавшееся в полном соответствии с демократическим духом первого периода революции, нашло в себе достаточно силы, чтобы выступить на защиту добытой свободы и создать Сибирское Правительство, вышедшее из средины представительного народного собрания Сибирской Областной Думы. Последовавшие затем события с оставлением Сибирской платформы привели к провозглашению военной диктатуры и к утверждению на ее развалинах красной диктатуры большевиков со всеми вытекающими отсюда последствиями – угнетения и разорения родного края.

Не ограничиваясь режимом террора, коммунистическая власть в целях ограждения себя от внешней угрозы, вместо установления демократического режима в Сибири, гарантирующего возможность избежать иноземного вмешательства, предпочла оторвать от живого тела Сибири восточную ее половину и тем самым развязать себе руки внутри Сибири по утверждению советского строя. И то обстоятельство, что коммунистическое большинство Дальневосточного Учредительного Собрания услужливо утвердило это искусственное отторжение Дальневосточной окраины от Сибири, не придает этому акту никакой законной силы, т. к. превышает его компетенцию.