Книга Лицо в зеркале, страница 27. Автор книги Дин Кунц

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Лицо в зеркале»

Cтраница 27

Теперь на полу ванной лежали два смятых, влажных черных полотенца. Два сухих остались висеть на вешалке.

Душевая находилась в дальнем правом углу от двери. Даже с такого расстояния из-за пара и матовых стенок душевой Этан не мог разглядеть, есть ли кто внутри.

Приближаясь к кабинке, Этан попытался представить себе, какого Данни Уистлера он ожидал увидеть. С болезненно бледной, местами серой кожей, которая неспособна порозоветь от горячей воды. Сероглазого, с покрасневшими от кровоизлияний белками.

По-прежнему с пистолетом в правой руке, левой он ухватился за ручку дверцы душевой кабинки и, после короткой заминки, открыл.

Никого. Вода падала на мраморный пол и стекала в сливное отверстие.

Всунувшись в кабинку, он добрался до крана и выключил воду.

Внезапно установившейся тишиной он столь же явно объявил о своем присутствии в квартире, как если бы громко позвал Данни.

Нервно повернулся к двери в спальню, словно ожидая некой реакции, но не зная, какой она будет.

Даже с выключенной водой пар по-прежнему продолжал выходить из душевой, клубясь над стеклянной дверью и вокруг Этана.

Несмотря на пропитанный влагой воздух, во рту у него пересохло. Прижатые друг к другу, язык и небо с неохотой разлепились, как две половинки «велкро» [19] .

Когда Этан направился к двери ванной, его внимание вновь привлекло движение собственного смутного и бесформенного отражения на затуманенном зеркале над раковинами.

И тут же, увидев невероятное, он остановился, как вкопанный.

В зеркале, под пленкой конденсата отражалось что-то бледное, такое же размытое, как и отражение Этана, но тем не менее узнаваемое: фигура то ли мужчины, то ни женщины.

Но Этан был один. Быстро оглядевшись, он не заметил ни какого-либо предмета, ни архитектурной формы, которые затуманенное зеркало могло бы выдать за призрачную человеческую фигуру.

Этан закрыл глаза. Открыл. Призрачная фигура в зеркале никуда не делась.

Слышать он мог только биение своего сердца, которое стучало все быстрее и быстрее, соревнуясь в скорости с отбойным молотком, гоня и гоня в мозг кровь, чтобы очистить его от видений, которые не объяснялись законами логики.

Конечно же, его воображение по-своему обыграло какую-то тень, упавшую на зеркало, точно так же, как он сам не раз и не два видел людей, драконов и много чего еще в плывущих по летнему небу облаках.

Но в это самое мгновение человек, дракон, кто бы он ни был, шевельнулся. Во всяком случае, Этан увидел, как шевельнулось отражение.

Не очень заметно, на чуть-чуть, но достаточно, чтобы сердце Этана, превратившееся в отбойный молоток, пропустило удар-другой.

Понятное дело, и шевеление в затуманенном зеркале было воображаемым, но если и было, то он снова вообразил это шевеление. Фигура знаком предлагала ему подойти ближе, подзывала к себе.

Этан никогда бы не признался ни Рисковому Янси, ни любому другому копу, с которым служил, ни даже Ханне, будь она жива, что, протягивая руку к зеркалу, ожидал коснуться не мокрого стекла, но другой руки, войти в контакт с холодным и запретным Потусторонним.

Он стер дугу тумана, оставляя за своими пальцами блестящую мокрую полосу.

Но одновременно с его рукой двигался и фантом, уходя от чистой полосы. Ускользающий, он оставался за завесой конденсата… и двигался прямо перед Этаном.

Если не считать лица, отражение Этана в зеркале было темным, поскольку темными были его одежда, волосы. А теперь прячущаяся за конденсатом форма поднималась, бледная, как лунный свет, и, пусть такого и быть не могло, перекрывала его отражение.

Страх стучался к нему в сердце, но впускать его Этан не собирался, как прежде, на службе, попадая под огонь преступников, не впускал панику.

Да и чувствовал он себя так, словно вошел в транс, принимая невероятное столь же легко, как если бы ему все это снилось.

Фантом наклонился к нему, будто пытался с той стороны зеркала разглядеть его сущность. И точно так же он наклонялся к зеркалу, чтобы получше изучить фантом.

Вновь подняв руку, Этан осторожно стер узкую полосу конденсата, в полной уверенности, что, оказавшись лицом к лицу со своим отражением, увидит не свои глаза, а серые Данни Уистлера.

Опять фантом в зеркале переместился, быстрее, чем рука Этана, оставаясь размытым за пеленой конденсата.

И только когда воздух с шумом вырвался из груди, до Этана дошло, что все это время он не дышал.

И на вдохе услышал, как в дальнем конце квартиры что-то загремело в перезвоне разбитого стекла.

Глава 15

Сдавая кровь на анализ в Паломарскую лабораторию, Этан попросил определить, нет ли в ней наркотических веществ, на случай, что ему ввели их без его ведома. Потому что именно в этом Этану виделось объяснение случившегося с ним в доме Рольфа Райнерда.

Теперь, покидая заполненную паром ванную, он чувствовал себя столь же сбитым с толку, как и в тот момент, когда, получив по пуле в живот и грудь, очутился за рулем «Экспедишн» целым и невредимым.

Что бы ни происходило, или вроде бы происходило, в зеркале, он больше не мог полностью доверять своим чувствам. А потому двинулся дальше с еще большей осторожностью, твердя себе: то, что он видит, и действительность могут разниться.

Он прошел по комнатам, которые уже осмотрел, Потом оказался на новой территории, наконец попал на кухню. Осколки стекла блестели на столе для завтрака, на полу.

Также на полу лежала серебряная рамка, исчезнувшая со стола в кабинете. Фото Ханны из нее вытащили.

Тот, кто взял фотографию, слишком спешил, чтобы развернуть четыре зажима, удерживающие на месте заднюю стенку рамки. Вместо этого разбил стекло.

Этан увидел, что дверь черного хода распахнута.

За нею был большой холл, общий на оба пентхауза. Другая дверь вела на лестницу. Чуть дальше находился грузовой лифт, предназначенный для перевозки холодильников и громоздкой мебели.

Если кто-то и воспользовался лифтом, чтобы спуститься вниз, он уже добрался до цели. Потому что мотор лифта не шумел, то есть кабина стояла на месте.

Этан поспешил к двери пожарной лестницы. Открыл, прислушался, застыв на пороге.

Стон, меланхолический вздох, звяканье цепей… даже призрак издал бы хоть какой-то звук, но с лестницы доносилась только мертвая тишина.

Этан быстро спустился вниз, восемь пролетов до первого этажа, еще два до подземного гаража. Не встретил ни жильца из плоти и крови, ни призрака.

Запах болезни, пота и немытого тела, который Этан уловил в лифте, исчез. Его заменил слабый запах мыла, словно через холл прошел человек, только что принявший ванну. И пряный запах лосьона после бритья.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация