Книга Лицо в зеркале, страница 8. Автор книги Дин Кунц

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Лицо в зеркале»

Cтраница 8

— Сэр, — начал Этан, когда дверь только открывалась, — извините, что беспокою вас, но мне просто необходимо связаться с Джорджем Киснером из квартиры 2Д. Вы знаете Джорджа?

Райнерд покачал головой. Шея у него была бычья. Должно быть, он проводил немало времени на силовых тренажерах.

— Мы с ним здороваемся и спрашиваем друг друга, какая будет погода, — ответил Райнерд. — Не более того.

Поверив Райнерду на слово, Этан продолжил:

— Я — его брат. Рики Киснер.

Ложь могла сойти за правду, при условии, что Киснеру было от двадцати до пятидесяти.

— Наш дядя умирает в медицинском центре Калифорнийского университета, — продолжал лгать Этан. — Врачи говорят, что долго он не протянет. Я звоню Джорджу по всем номерам. Он мне не отзванивается. И теперь вот не открывает дверь.

— Думаю, он в отъезде, — ответил Райнерд.

— В отъезде? Он мне ничего такого не говорил. Вы знаете, куда он мог поехать?

Райнерд покачал головой.

— Позавчера вечером, когда я возвращался домой, он выходил из подъезда с небольшим чемоданом в руке.

— Он сказал вам, когда вернется?

— Я только сказал ему, что, похоже, будет дождь, и на том мы расстались.

— Он очень любит дядю Гарри, мы оба любим, и расстроится, узнав, что не смог попрощаться с ним. Может, я смогу оставить ему записку, чтобы он увидел ее сразу по приезде?

Райнерд просто смотрел на Этана. Теперь артерия запульсировала у него на шее. Мозг, подхлестнутый мегом, усиленно думал, но метамфетамин, ускоряя мысленные процессы, отнюдь не помогал ясности мышления.

— Дело в том, что у меня нет ручки, — добавил Этан. — Да и бумаги тоже.

— О, конечно, у меня все есть, — ответил Райнерд.

— Мне не хотелось бы доставлять вам лишние хлопоты…

— Пустяки, — и Райнерд отвернулся от открытой двери, пошел за ручкой и бумагой.

Оставленный в дверях, Этан решил заглянуть в квартиру. Ему хотелось побольше узнать о гнезде Райнерда.

И в тот самый момент, когда Этан уже поднял ногу, чтобы нарушить право собственности и переступить порог, Райнерд остановился, оглянулся.

— Заходите. Присядьте.

Получив приглашение, Этан счел возможным проявить нерешительность.

— Благодарю, но я с улицы, а там дождь…

— Эту мебель водой не испортишь, — заверил его Райнерд.

Оставив дверь распахнутой, Этан вошел.

Гостиная и столовая составляли одну большую комнату. Кухню отделял бар с двумя стульями.

Райнерд прошел на кухню, к столику под настенным телефонным аппаратом, тогда как Этап устроился на краешке кресла в гостиной.

Мебели в квартире было по минимуму. Один диван, одно кресло, кофейный столик и телевизор. В столовой — стол с двумя стульями.

В телевизоре ревел лев «МГМ» [4] . Поскольку звук Райнерд приглушил, ревел мягко, прямо-таки мурлыкал.

Стены украшали несколько фотографий в рамках: большие, шестнадцать на двенадцать дюймов, черно-белые художественные фотографии. Всякий раз фотографировали птиц.

Райнерд вернулся с блокнотом и карандашом.

— Пойдет?

— Абсолютно, — ответил Этан, беря и то, и другое. Райнерд принес и скотч.

— Чтобы приклеить записку к двери Джорджа, — пояснил он, кладя скотч на кофейный столик.

— Спасибо, — кивнул Этан. — Мне нравятся фотографии.

— Птицы — единственные свободные существа, — заметил Райнерд.

— Пожалуй, что да, не так ли? Свобода полета. Вы сами фотографируете?

— Нет. Только коллекционирую.

На одной фотографии стайка голубей поднималась в мельтешении крыльев с брусчатки площади, окруженной старыми европейскими зданиями. На другой гуси летели в строгом строю под затянутым облаками небом.

— Я как раз собирался посмотреть фильм, а заодно и перекусить, — Райнерд указал на экран. Действительно, начался показ какого-то черно-белого фильма. — Если не возражаете…

— Что? Нет, конечно, забудьте про меня. Я напишу несколько слов и уйду.

На одной фотографии птицы летели прямо на фотографа. На крупном плане смешались крылья, распахнутые клювы, черные бусины глаз.

— Картофельные чипсы когда-нибудь убьют меня, — донеслось из кухни.

— Я могу то же самое сказать про мороженое. В моих артериях его больше, чем крови.

Этан написал печатными буквами «ДОРОГОЙ ДЖОРДЖ», потом прервался, словно задумался, оглядел комнату.

В кухне Райнерд продолжил:

— Говорят, нельзя есть даже один картофельный чипс, а я не могу ограничиться одним пакетом.

Две вороны сидели на железном заборе. В солнечном свете блестели их клювы.

На полу, от стены до стены, лежал белый как снег ковер. Зато мягкую мебель обили черным. Издалека Этан видел, что кухонный стол изготовлен из черной пластмассы.

В квартире властвовали два цвета: белый и черный.

Этан написал «ДЯДЯ ДЖОРДЖ УМИРАЕТ» и вновь притормозил, словно даже такое простое послание давалось ему с трудом.

Доносящаяся из телевизора музыка набирала ход, готовя зрителя к одной из кульминационных сцен. Показывали детектив, снятый в сороковых, может, в тридцатых годах.

Райнерд продолжал копошиться в кухонных полках.

А здесь два голубя столкнулись в полете. Там сова сидела, широко раскрыв глаза, словно потрясенная увиденным.

Снаружи к дождю вновь прибавился ветер. Барабанная дробь дождя привлекла внимание Этана к окну.

Из кухни донеслось шуршание пакета для чипсов.

«ПОЖАЛУЙСТА, ПОЗВОНИ МНЕ», — написал Этан.

Райнерд вернулся в гостиную.

— Если уж ты вынужден есть чипсы, то хуже этих нет, потому что в них больше всего масла.

Этан повернулся к нему и увидел пакет гавайских чипсов. Райнерд засунул в него правую руку.

Одного взгляда на пакет, надетый, как перчатка, на руку яблочного человека, хватило, чтобы понять: что-то тут не так. Конечно, он мог залезть в пакет за последними чипсами, но напряженность, которая чувствовалась в Райнерде, предполагала другое.

Остановившись за диваном, в каких-то шести ярдах от Этана, Райнерд спросил:

— Ты работаешь на Лицо, не так ли?

Этан изобразил изумление.

— На кого?

Когда рука появилась из пакета, пальцы сжимали рукоятку пистолета.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация