Книга Мятежный Петербург. Сто лет бунтов, восстаний и революций в городском фольклоре, страница 13. Автор книги Наум Синдаловский

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Мятежный Петербург. Сто лет бунтов, восстаний и революций в городском фольклоре»

Cтраница 13

Мятежный Петербург. Сто лет бунтов, восстаний и революций в городском фольклоре

Листок, посвящённый Осипу Комиссарову


Судьба нечаянно оказавшегося в нужном месте и в нужное время крестьянина резко изменилась. Уже 13 апреля вышел указ императора о присвоении Комиссарову потомственного дворянского титула, по поводу которого в Петербурге распространился анекдот, впервые опубликованный в берлинских газетах. «Вы слышали, что в Петербурге в русского царя стреляли?» — «Да, слышал. А не знаете ли, кто стрелял?» — «Дворянин». — «А кто его спас?» — «Крестьянин». — «Чем же его наградили за это?» — «Сделали дворянином».

На Комиссарова как из рога изобилия сыпались награды. От австрийского императора, от Луи Бонапарта из Франции, от других европейских монархов. Ему дарили поместья. В его честь устраивались званые обеды и внеочередные заседания аристократических клубов. Артисты Мариинского театра в честь «спасителя» дали специальное представление оперы Глинки с говорящим названием «Жизнь за царя». Его возили по всем губерниям, и везде губернаторы в честь него устраивали приёмы. Журналисты открывали и обнародовали все новые и новые подробности его жизни. Оказывается, он родился в нескольких верстах от родины Ивана Сусанина, да и зовут его почти так же: Комиссарова — Осип Иванович, а Сусанина наоборот — Иван Осипович. Выдержать всё это простому крестьянину оказалось невозможно. Пройти медные трубы славы он не смог. В конце концов Комиссаров запил и вскоре умер от белой горячки.

В честь «чудесного спасения» императора в 1866–1868 годы в Петербурге, у выхода из Летнего сада, построили по проекту архитектора Р. И. Кузьмина часовню, облицованную серым мрамором, с надписью «Не прикасайся к помазаннику моему». В 1918 году часовню закрыли, а в 1930-м — снесли.

Выстрел Каракозова открыл беспрецедентный по продолжительности и жестокости многолетний и непрерывный сезон звериной охоты на Александра II, закончившийся через полтора десятилетия злодейским убийством императора.

Александр II вступил на престол в феврале 1855 года. К началу царствования ему исполнилось 37 лет, и все эти годы он прожил под мучительным знаком таинственного предсказания, данного будто бы юродивым Фёдором ещё при его рождении: новорождённый «будет могуч, славен и силён, но умрёт в красных сапогах». Предсказание сбудется.

Александр II прославится отменой крепостного права и умрёт мучительной смертью от потери крови через несколько часов после того, как взрывом бомбы ему оторвёт обе ноги. Так впоследствии были расшифрованы «красные сапоги» из пророчества блаженного Фёдора.


Мятежный Петербург. Сто лет бунтов, восстаний и революций в городском фольклоре

Император Александр II


Прошло чуть более года с момента покушения в Летнем саду. Александр II по приглашению французского императора Наполеона III отправился в Париж на открытие Всемирной выставки. 6 июня, когда Александр в одной карете с двумя своими сыновьями и с Наполеоном возвращался через Булонский лес с военного смотра, на него совершили второе покушение. Стрелял участник польского восстания 1863 года Антон Березовский, но промахнулся.

Не на шутку перепуганный, Александр обратился к знаменитой парижской прорицательнице. Ничего утешительного он не услышал: на него будет совершено восемь покушений, и восьмое окажется роковым. Отчасти это совпадало с предсказанием известного призрака Аничкова дворца — загадочной Белой дамы, которая будто бы предрекла Александру II, что первые три покушения он «благополучно переживёт». Правда, она не сказала, от какого по счету покушения ему суждено погибнуть, а «уточнить» было уже не у кого. Очевидцы рассказывали, что во время пожара Аничкова дворца «из пламени взметнулась огромная фигура в балахоне и растворилась в дыму».

После покушений Каракозова и Березовского предпринимались ещё четыре попытки убить Александра II: взрыв императорского поезда в 1879 году, выстрел какого-то «неизвестного турка» во время Русско-турецкой войны, попытка покушения на царя некоего Гартмана и взрыв бомбы в Зимнем дворце в 1880 году, организованный членом движения «Народная воля» Степаном Халтуриным. И если считать бомбы, брошенные одна за другой народовольцами Рысаковым и Гриневицким 1 марта 1881 года за два покушения, то парижской ведунье удалось-таки предсказать порядковый номер последнего, восьмого, закончившегося мученической смертью царя-освободителя.


Мятежный Петербург. Сто лет бунтов, восстаний и революций в городском фольклоре

Софья Львовна Перовская в детстве


В подготовке и организации покушения на Александра II принимала самое активное участие известная революционерка Софья Львовна Перовская — правнучка графа К. Г. Разумовского. Родилась в семье Льва Николаевича Перовского, будущего петербургского гражданского губернатора. По легендам, которые любили распространять большевики, характер Льва Николаевича был тяжёлым. Он «издевался над женой, заставлял сына Василия бить свою мать и не любил дочь». Будто бы это и толкнуло Софью на путь террора. Её несколько раз арестовывали, заключали в тюрьму, отправляли в ссылку. После последнего побега из ссылки она перешла на нелегальное положение. Участвовала в подготовке нескольких покушений на Александра II и руководила последним, совершённым 1 марта 1881 года. 10 марта того же года её приговорили к смертной казни и через несколько дней повесили на плацу Семёновского полка вместе с другими участниками убийства императора. Однако в народе долгое время жила легенда, что Софья Перовская вовсе не повешена на Семёновском плацу, что «жива она не жива, но только призрак её появляется» в Петербурге.

И действительно, если верить городскому фольклору, каждый год в марте, когда Петербург тёмен, а на улицах пусто, и ветер, и мокрый снег глаза слепит, на крутом мостике Екатерининского канала появляется Софья Перовская. Как тогда, 1 марта, когда она, взмахнув белым платком, «сигнал подала, чтобы бомбу бросали под чёрные сани императора». По преданию, до сих пор бытующему в Петербурге, тому, кто увидит призрак Софьи Перовской, машущей платком на Ново-Конюшенном мосту, «непременно грозит большая беда».

Между тем каждое новое покушение в Петербурге ожидали с постоянным и неослабевающим страхом. Столичные мистификаторы манипулировали именами пяти царских детей: Николая, Александра, Владимира, Алексея и Сергея. Если их написать столбиком и прочитать акростихом сначала сверху вниз и затем снизу вверх, то получится «на вас саван»:


Николай

Александр

Владимир

Алексей

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация