Книга Дело сердца. 11 ключевых операций в истории кардиохирургии, страница 2. Автор книги Томас Моррис

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Дело сердца. 11 ключевых операций в истории кардиохирургии»

Cтраница 2

Первопроходцам в столь жестокой части медицины было не обойтись без упорства и невероятной эмоциональной устойчивости. Неудивительно, что многие из тех, кого привлекало такое суровое занятие, были сильными личностями с твердыми убеждениями и непоколебимой верой в свои собственные силы и способности. Это была настоящая медицинская элита: сейчас все об этом позабыли, но пятьдесят лет назад кардиохирурги были самыми яркими и высокооплачиваемыми специалистами в мире, настоящими знаменитостями, которые попадали на обложку журнала «Таймс» и водили дружбу с королевской семьей и кинозвездами. Некоторые сколотили колоссальные состояния, обзавелись недвижимостью и роскошными автомобилями; другие жертвовали значительную часть своего огромного дохода больницам, в которых работали. Многие были настоящими тиранами, невыносимыми людьми, трудоголиками, работавшими семь дней в неделю и требующими того же от своих подчиненных, ну и жесткая конкуренция была обычным делом. Как правило, врачами были мужчины — на протяжении многих лет кардиология считалась исключительно мужским клубом, и женщин, в более-менее значительном количестве, стали принимать туда лишь на рубеже тысячелетий.

С тех пор многое изменилось. Если в шестидесятых годах кардиохирурги и считались практически божествами, то как минимум из-за того, что их просто было слишком мало. Сегодня в одной только Великобритании существует почти пятьдесят кардиохирургических центров, а в любой развитой стране есть сотни или даже тысячи обученных хирургов. Эту профессию больше не окружает ореол таинственности, а хирурги (за малым исключением) добровольно спустились с пьедестала. В некоторых больницах лечением больных в кардиологических отделениях теперь занимается целая бригада специалистов. И анестезиологи, хирурги, кардиологи и рентгенологи играют в ней равнозначные роли, а обсуждение состояния пациента проводится исключительно в его присутствии. То есть прежние диктаторы стали членами демократической ассамблеи.

Хотя количество жертв в истории кардиологии весьма внушительно, в ней полно историй с неожиданными выздоровлениями, будоражащими открытиями, а также немало моментов торжества человеческой изобретательности. Героями и героинями этой книги стали не только те, кто держал в руках хирургические инструменты, но многочисленные психологи, инженеры, биохимики и изобретатели, которые делали возможным труд кардиохирургов; ну и, конечно, сами пациенты со своими родными и близкими, добровольно согласившиеся участвовать в этих экспериментах. Эта книга не претендует на всестороннее освещение истории кардиохирургии. На ее страницы попали лишь избранные операции. К моему великому сожалению, мне не удалось упомянуть в книге все события и всех людей, которые внесли свой вклад в развитие кардиохирургии. Двигателями прогресса были как отдельные, стремящиеся превзойти всех остальных, личности, так и группы людей. Но, несомненно, все достижения врачей были настоящим чудом, и я надеюсь, что читатель разделит мое восхищение этими отважными первопроходцами.

1. Пуля в сердце

Стоуэлл парк, Глостершир, 19 февраля 1945 года

В пяти минутах езды от симпатичного городка Нортлич, что в самом сердце Котсуолд-Хилс, находится паб под названием «В гостях у Фоссебридж» (Inn at Fossebridge). Если оставить здесь машину, как это как-то сделал я ветреным весенним днем, и забраться на крутой склон, то окажешься в небольшом лесу, лежащем позади римской дороги Фосс-Уэй. Место это умиротворенное, повсюду слышно пение птиц, и, когда пробираешься через заросли, почти невозможно поверить, что именно здесь состоялся один из величайших подвигов современной медицины. И тем не менее, семьдесят лет назад именно в этом ничем не примечательном леске родилась современная кардиохирургия.

Деревья, какими бы высокими они ни были, посажены всего несколько десятилетий тому назад, и некоторые следы от того, что было здесь раньше, по-прежнему виднеются под ними. Среди мха и опавших веток проглядывают десятки невысоких кирпичных конструкций: это остатки фундаментов куонсетских бараков, [3] и прямо рядом с тропинкой я наткнулся на один такой нетронутый барак, специально сохраненный — во всяком случае, я на это надеялся — в качестве напоминания о произошедшем здесь в военные годы.

В конце 1944-го такие бараки стояли здесь рядами — целые сотни построек, занимавшие несколько акров поместья «Стоуэлл-парк». Это был огромный военный госпиталь со своей собственной взлетно-посадочной полосой. Он был построен второпях в надежде справиться с потоком раненых, который, как предполагалось, должен был хлынуть вслед за вторжением союзников в континентальную Европу. В апреле 1944 года здесь был размещен штаб 160-го военного госпиталя США, специализировавшегося на ранениях грудной клетки и способного вмещать одновременно до 500 пациентов. В импровизированной операционной в одном из этих бараков молодой хирург из Айовы Дуайт Харкен достал пули и осколки снарядов из груди 134 солдат, и каждый из них остался в живых. Это само по себе было весьма впечатляюще, однако еще более выдающимся этот результат делал тот факт, что многие из этих кусочков искореженного металла он доставал прямо из бьющегося человеческого сердца.

Металлический барак — не самое подходящее место для проведения операций на сердце. Операционная там всего пять метров шириной и три с половиной метра высотой, крыша из гофрированного железа не обеспечивает хорошей теплоизоляции — летом жара и духота внутри были невыносимыми, а зимой единственным источником отопления была крохотная печка. Однако холод меньше всего беспокоил Дуайта Харкена, когда он 19 февраля 1945 года готовился к очередной операции. Он уже успел хорошо познакомиться со своим пациентом: это был Лерой Рорбах, сержант пехоты, участвовавший предыдущим летом в высадке в Нормандию. У него был довольно непростой случай, и Харкен занимался его лечением с прошлого лета. Месяц спустя после высадки он принял участие в ожесточенной битве, в ходе которой был уничтожен французский город Сен-Ло, а разорвавшийся снаряд вонзил сержанту осколок шрапнели в нижнюю часть груди.

Его эвакуировали в Англию, где рентген показал, что у него в сердце застрял небольшой кусочек металла. На люминесцентном экране было отчетливо видно, как он слегка пульсирует в такт биению его сердца. Это указывало на то, что осколок прошел через внешнюю стенку сердца и теперь находится внутри одной из камер. Пятнадцатого августа Харкен провел операцию и был невероятно близок к тому, чтобы извлечь осколок: сделав небольшой надрез прямо на сердце, он смог ухватиться за металлический кусочек щипцами, однако с очередным ударом сердца тот выскочил и снова плюхнулся в заполняющую сердце кровь. Судорожные попытки отыскать его не увенчались успехом — он скрылся из вида, и нащупать его через толстые стенки сердца было уже невозможно. Три месяца спустя хирург предпринял повторную попытку. Как и в первый раз, он смог отыскать неподатливый осколок, однако тот снова от него ускользнул, и снова в тот момент, когда казалось, что успех гарантирован.

Но, несмотря на все эти неудачи, пациент шел на поправку. Это не было чем-то неслыханным: солдаты с подобными ранениями часто обходились без операции и спокойно жили с осколками или даже пулями внутри — они становились своеобразным напоминанием о военной службе. У сержанта не наблюдалось никаких признаков инфекции, а электрокардиограмма показала, что его сердечный ритм, нарушенный вследствие травмы, постепенно возвращался к норме. Так как его пациент уже перенес две серьезные и совершенно безрезультатные операции, Харкен никак не мог решиться на третью: это был бы очень большой и, возможно, совершенно неоправданный риск.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация