Книга Смерть на холме Монте-Марио, страница 17. Автор книги Чингиз Абдуллаев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Смерть на холме Монте-Марио»

Cтраница 17

— Мария Куацца. Я из Неаполя, сеньор комиссар.

— Очень хорошо, сеньора Куацца. Теперь успокойтесь, соберитесь с мыслями и постарайтесь отвечать на мои вопросы точно и четко. Сегодня вечером вы дежурили на десятом этаже?

— Да, сеньор комиссар. Я дежурила с шести часов вечера. Меня должны были сменить утром, сеньор комиссар.

— Значит вы все время сидели на своем месте и никуда не отлучались?

— Никуда, сеньор комиссар. У нас на этаже много гостей. Я не имею права оставлять свой пост.

— Очень хорошо. И вы его не оставляли? Даже когда вам нужно было пойти в туалет?

— Нет, сеньор комиссар, — чуть покраснела женщина, — наш туалет находится у нас за спиной. Там комната для дежурных. И мы всегда можем вернуться на свое место, если услышим звонок лифта.

— Какой звонок? — уточнил комиссар.

— У нас три лифта на этаже, — объяснила она, — и если кабина лифта останавливается на нашем этаже и двери открываются, раздается звонок и мы слышим, что кто-то поднялся на наш этаж.

— Сюда можно подняться, только имея особую карточку?

— Да, сеньор комиссар, только с карточкой. Это сделано специально, чтобы другие гости не беспокоили людей на нашем этаже.

— Понятно. Вы видели, как сегодня ваши гости уходили на банкет?

— Да, сеньор комиссар. Они вышли все вместе. Их было много. Но до этого на этаж поднялся один неизвестный сеньор, который принес большой букет цветов и спросил у меня, где именно живут сеньоры Лабунские.

— Что было потом?

— Он прошел к ним в номер. А потом они спустились вниз все вместе. Я видела, как они выходили.

— Очень хорошо. Теперь постарайтесь вспомнить, кто именно из этой компании появлялся у вас на этаже после семи.

— А зачем вспоминать, сеньор комиссар? — вдруг спросила Мария Куацца. — У нас работает система записи. Все, кто появляется на нашем этаже, автоматически попадают в наш компьютер. Служба безопасности установила специальные мониторы и снимает каждого, кто появляется на этаже.

— Значит, у вас есть такая запись? — спросил комиссар.

— Конечно, сеньор. Наш Андреа уже просмотрел запись и попросил меня отметить людей, которые появлялись на этаже после семи часов вечера. Я все записала.

— Вы можете дать нам эту пленку?

— Это решает служба безопасности, сеньор. У меня нет этой пленки.

— Ясно. Постараюсь с ними договориться. Кто был на пленке? Кого вы узнали?

— Сначала пришел сеньор Лабунский. Он прошел мимо и улыбнулся мне. Потом он вышел обратно. В руках у него были какие-то документы. Через несколько минут на этаж поднялась его жена. Она тоже улыбалась. Прошла в свой номер. Потом появились двое мужчин. Они принесли документы и ушли уже без них. Больше никого не было.

— А певец Торчинский? — сразу спросил Хеккет. — Ведь он тоже приходил к ней в номер?

— О ком вы говорите, сеньор? — повернулась к нему женщина.

— Тот самый незнакомец, который принес цветы. Он ведь приходил потом к сеньоре?

— Нет, — удивилась Куацца, — нет, не приходил. Мы просмотрели пленку, там его нет. Он не приходил.

— Как это не приходил? А где он был столько времени? — разозлился Хеккет.

— Не знаю, — испугалась женщина, — но больше никто не приходил в этот номер и не выходил из него. А на пленке видно, что потом пришла семья американцев. Они живут в соседнем сюите. Трое детей, отец и мать. Пожилая пара из Франции. И наш гость из Индии. Он живет в другом крыле здания. Больше никого не было, сеньор. Это видно на пленке.

— Плевал я на вашу пленку, — разозлился Хеккет, — тогда получается, что она сама себя задушила. А потом выбросила удавку, которая была у нее на шее, прошла в спальню, легла и умерла. Так, по-вашему, получается?

— Я этого не говорила, сеньор, — еще больше напугалась Мария Куацца, — но на наш этаж больше никто не приходил. Последними были два сеньора, один из которых сидит рядом с вами. — Она показала на Дронго.

— Правильно, — спокойно сказал Дронго, — мы поднимались вместе с Обозовым. Я вам об этом говорил, комиссар.

— Значит, последними были вы, — задумчиво произнес Террачини.

— Вы упустили еще один важный момент, — напомнил Дронго, обращаясь к дежурной, — когда мы появились на этаже, вы сказали, что сеньора не смогла сама открыть дверь и вам пришлось ей помочь.

— Верно, сеньор. Все так и было.

— Когда я могу получить пленку? — спросил комиссар.

— Когда хотите. Нужно поговорить с нашей службой безопасности.

— Скажите мне честно, сеньора Куацца. Вы уверены, что ваша пленка не врет? Может, кто-то проскочил незамеченным?

— Нет, — убежденно ответила женщина, — такого просто не может быть. Я сидела за своим столом и видела всех входящих. Нет, — снова произнесла она с отчаянной решимостью, — никто больше здесь не появлялся. Я отлучалась только один раз, когда меня позвала сеньора.

— Зачем?

— Она не могла открыть дверь своей карточкой, — снова сказала Мария Куацца, — и позвала меня. Иногда наши клиенты неправильно вставляют карточку, и замок не срабатывает. Я открыла ей дверь своим универсальным ключом. Но это заняло не больше десяти секунд, и потом сразу вернулась на свое место, сеньор комиссар.

Комиссар выключил диктофон, легко поднялся.

— Пойдемте, — сказал он, обращаясь к сеньоре Куацце, — надеюсь, что сумею уговорить вашу службу безопасности одолжить мне эту пленку. Подождите меня здесь, господа, — обратился он к Дронго и Хеккету.

Когда комиссар и дежурная вышли из гостиной, Хеккет обернулся к Дронго.

— Что вы об этом думаете? — спросил он.

— Нужно искать убийцу, — вздохнул Дронго, — даже если его нет на пленке. Это лишь доказывает, что убийца оказался гораздо умнее, чем мы предполагаем.

Глава 6

Когда комиссар вышел, Дронго поднялся и, подойдя к столу, взял коробку спичек из пепельницы. Коробка была несколько смята. Он осматривал ее до тех пор, пока Хеккет насмешливо не спросил:

— Думаете, на ней остались отпечатки пальцев? Или убийца с ее помощью задушил свою жертву? Что вы там ищете?

— Ничего, — ответил Дронго, положив коробку в карман, — меня заинтересовал один факт. Когда я пришел сюда перед приемом, коробка лежала в пепельнице. Затем мы все вместе вышли, и она оставалась на месте. Когда мы пришли с Обозовым, коробки уже не было. А теперь она снова в пепельнице.

— Ну и что? Горничная могла убирать в этом номере и положить спички. Они всегда так делают.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация