Книга Николай II, страница 60. Автор книги Эдвард Радзинский

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Николай II»

Cтраница 60

Таким вот образом она перенесла в этот новый дневник все происшедшее с начала страшного 1917 года. Так был создан этот дневник крушения империи, столь похожий на приходно-расходную книгу. Английские слова в нем – вперемешку с русскими. Она часто соединяет буквы русские с английскими, чтобы затруднить чтение, если дневник отнимут.

Но, зная события ее тогдашней жизни, читать этот дневник удивительно интересно. Например, возьмем достопамятное 1 марта.

«1 марта. 11 час. Бенк. чай».

Это значит, к чаю был приглашен Бенкендорф и в этот день они обсуждали с ним последние известия из Петрограда.

«О. – 38 и 9, Т. – 38, А. – 36 и 7, Аня – 38» – это – температура больных детей и Подруги.

«Иванов – 1 – 2,5 ночи».

Это и есть запись о той трагической ночной беседе с генералом Ивановым.

А вот день, который нас особенно интересует:

«9 марта.

О. – 36,3, Т. – 36,2, М. – 37,2, Ан. – 36,5, А. – 36,2» – температура больных.

«11.45 – Н. прибыл»... Да, это прибыл он.

«Ланч с Н.» – с Николаем.

«Алексей в игральной»... Встреча отца с сыном в игральной комнате.

Когда подъехал мотор с Государем – она сидела в игральной у Маленького.

«Как 15-летняя девочка она бежала по коридорам дворца», – напишет впоследствии ее Подруга. Вечная девушка встречала вечного возлюбленного. Два немолодых человека страстно обнялись.

Камердинер Волков наблюдал эту встречу:

«Государыня поспешила к нему навстречу с улыбкой. И они поцеловались».

Ее наблюдала и комнатная девушка Аня Демидова: «Оставшись наедине друг с другом, они заплакали». Точнее – плакал он. Второй ее «мальчик».

А потом, когда он снова стал спокоен и ровен, Аликс повела его в игральную к Алексею. Они говорили с сыном о пустяках, и ни он, ни она, ни сын не нарушили этой новой Игры. Ничего не случилось, все как было.

Да, все как было... Поговорив с сыном, он вышел из дворца на любимую прогулку. Но уйти на эту длинную прогулку ему не удалось. Аликс и Подруга увидели в окно, как солдаты, толкая прикладами, теснили бывшего царя обратно ко дворцу: «Туда нельзя, господин полковник, вернитесь назад, вам говорят». («Господин полковник» – так он теперь назывался.)

Он молча вернулся во дворец.

Из дневника:

«9 марта, четверг. Скоро и благополучно прибыл в Царское Село в 10 с половиной. Но, Боже, какая разница! – на улице и кругом дворца – часовые, а внутри подъезда – какие-то прапорщики. Пошел наверх и там увидел душку Аликс и дорогих детей. Она выглядела бодрой и здоровой, а они все лежали в темной комнате, но самочувствие у всех хорошее, кроме Марии, у которой корь недавно началась. Завтракали и обедали в игральной у Алексея. Погулял с Валей Долгоруковым и поработал с ним в садике, так как дальше выходить нельзя...

10 марта. Спали хорошо, несмотря на условия, в которых мы теперь находимся, мысль, что мы вместе, – радует и утешает... Просматривал, приводил в порядок и жег бумаги.

11 марта... Утром принял Бенкендорфа, узнал от него, что мы останемся здесь довольно долго. Это приятное сознание. Продолжал сжигать письма и бумаги».

Да, он ведет свой дневник – по-прежнему: он пишет все. Предполагал ли он возможность изъятия дневника? Бесспорно. Но не унизился – скрывать.

«Жег бумаги» – и все тут! Как я люблю его за эту запись!

И действительно, вскоре часть их бумаг будет отобрана Чрезвычайной комиссией Временного правительства.

«14 марта... Теперь много времени читать для своего удовольствия. Хотя достаточное время тоже сижу наверху у детей...»

Мирная жизнь в любимом Царском. Но... жизнь арестантов.

«21 марта... Сегодня днем внезапно приехал Керенский, нынешний министр юстиции. Прошел через все комнаты, пожелал нас видеть, поговорил со мною минут пять, представил нового коменданта дворца и затем вышел... Он приказал арестовать бедную Аню и увезти ее в город вместе с Лили Ден».

Прощание подруг. Все тот же камердинер Александр Волков привез в кресле Аликс, она обняла Подругу. Почти силой их оторвали друг от друга. Но Сана успела сказать возвышенное:

– Там, – она указала на небо, – и в Боге мы навсегда вместе.

Аню увезли на моторе.

Подруга будет оглядываться назад, на исчезающий за деревьями дворец. Царскосельский парк, пруды, белые статуи, Феодоровский собор – все теперь станет воспоминанием, сном. Дом этой Семьи... В течение 12 лет он был и ее домом. Она будет вспоминать большое полукруглое окно – кабинет Государя. Так она будет теперь называть Ники. И Сана тоже исчезнет – останется Государыня, удостоившая ее дружбой.

Вот она маленькой девочкой видит Государыню в Ильинском: высокая, с золотистыми густыми волосами, доходившими до колен...

Вот Государыня в Зимнем дворце, на «Историческом балу» – как она была хороша в старинном костюме московской царицы! Первые дни их знакомства: высокая фигура Государыни в темном бархатном платье, опушенном мехом, в длинном жемчужном ожерелье. За стулом арап в белой чалме...

А вот уже война. Плат сестры милосердия. Лицо Государыни строго и царственно, тонкие губы царицы сжаты, серые глаза скорбны...

Подругу увезли в тюремный замок.

И еще одно событие, ужасное для Аликс разнесся слух, что солдаты, искавшие драгоценности, сумели найти под часовней могилу Распутина. Царскосельский гарнизон постановил: удалить труп Распутина из Царского. Бедная Аликс умолила одного из охранников, поручика Киселева, отправиться отговаривать солдат. Одновременно она сделала невозможное начальник охраны полковник Кобылинский связался с Временным правительством и упросил запретить раскапывать могилу.

Она была на грани безумия. И Керенский, все больше симпатизировавший им (вечное чувство революционных владык к настоящим царям), послал броневик – охранять злосчастную могилу. Но броневик прибыл поздно.

На грузовике уже стоял гроб с телом Распутина. Снятая крышка валялась у колес, и жуткое подкрашенное лицо, всклокоченная борода «Старца» глядели в небо.

Рядом с гробом у грузовика шел митинг. Выступал солдат большевик Елин. К восторгу собравшихся, он показал деревянный образок, вынутый из гроба. На оборотной стороне образка были начертаны инициалы всей Царской Семьи.

А потом грузовик с гробом тронулся в путь из Царского Села. На Выборгском шоссе, на пустыре, где когда-то стоял роскошный особняк друга Распутина тибетского врача Бадмаева (особняк был сожжен разъяренной толпой), остановился грузовик с гробом...

Был разложен огромный костер. В костер бросили цинковый гроб и облитое бензином тело Гришки... Вынутый образок отправили в Петроградский Совет.

Все слышнее был голос этого Совета. Голос «нового мира».

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация