Книга Ответный темперамент, страница 86. Автор книги Анна Берсенева

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Ответный темперамент»

Cтраница 86

– Пожалуйста. – Первый с готовностью достал удостоверение и раскрыл прямо у него перед носом. – Госнаркоконтроль. Сумочку открывайте.

Никаких вариантов своего дальнейшего поведения Герман не видел. Не драться же с двумя здоровыми мужиками. То есть дело не в том, что они здоровые, при других обстоятельствах неизвестно еще, как он себя повел бы. Но при данных обстоятельствах…

– Вам известно, что использование кетамина является общепринятой мировой практикой? – спросил он. – И что аналогов этого препарата не существует?

– А вам известно, какая доза наркотического вещества является допустимой нормой для нахождения у гражданина на территории Российской Федерации? – усмехнулся первый.

– Я ветеринарный врач.

– Это мы знаем. Открывайте, открывайте!

Доза, которая была бы необходима для обезболивания алабая и которая находилась поэтому у Германа в сумке, конечно, превышала норму. Госнаркоконтролер понял это сразу, как только в его сумку заглянул.

– Что ж, Герман Тимофеевич, нарушаете закон! – весело сказал он. – Коля, иди за понятыми.

– И что дальше? – мрачно спросил Герман.

– А что дальше? Дальше мы у вас наркотик изымем. Под протокол, как положено. А вас задержим. За хранение и сбыт.

– Какой еще сбыт? – возмутился Герман.

– А что же это, по-вашему? Вот и Эвелина Георгиевна под протокол подтвердит, что вы пытались сбыть ей наркотик. Подтвердите ведь, правда, Эвелина Георгиевна?

Он посмотрел на Эвелину. Та кивнула и молча отвернулась.

– До пятнадцати лет статья тянет, а, Герман Тимофеевич? – все тем же веселым тоном сказал наркоконтролер.

Дальнейшие события напоминали глупый и тягостный сон, это была не фигура речи, а правда.

Пока соседи-понятые с испуганным любопытством разглядывали ампулы, пока подписывали протокол, Герман смотрел на Эвелину.

– Ну что ты на меня так смотришь, Гера? – плаксивым тоном произнесла она наконец. – Так обстоятельства сложились, понимаешь?

Он не ответил и продолжал ее разглядывать. Ему в самом деле было интересно, как ведет себя человек, только что сознательно совершивший подлость. Он чувствовал себя участником какого-то биологического эксперимента. Хотя вообще-то ничего во всем этом не было нового. Человек широк. Он сам недавно кому-то об этом напоминал. Только вот кому?

Ему почему-то очень захотелось вспомнить. Но он не сумел сосредоточиться – отвлекла Эвелина.

– У меня не было другого выхода! – Ее голос срывался в слезы. – Они меня с наркотой прихватили. В клубе, с самым обыкновенным кокаином! Почему именно я, все же нюхают! И предложили найти себе замену посолиднее… Богадист, ну пойми же ты меня! Я не хочу в тюрьму! Я не могу в тюрьме!

– Все, хватит, – поморщился наркоконтролер. – Вы можете идти, Эвелина Георгиевна. Мы честные люди. Обещания свои выполняем.

– Куда идти? – всхлипнула она. – Я здесь живу!

– Ну так идите в другую комнату. Не мешайте работать.

Перед тем как уйти, Эвелина бросила на Германа тот самый взгляд, от которого у него когда-то разливалась по животу будоражащая прохлада. Видимо, она считала этот сигнал о том, что он для нее по-прежнему привлекателен как мужчина, лучшим извинением перед ним и, может быть, даже подарком.

«Странно, что я с ней спал, – холодно, как не о себе, подумал Герман. – И нравилась же мне ее инфернальность доморощенная… Идиот!»

Оттого что он оказался падок на такую дешевку, Герман был противен себе так, что самому себе готов был плюнуть в рожу.

– Все, – сказал наконец наркоконтролер. – Вот тут и тут подпишите. И поедем.

– Куда? – спросил он.

– В Матросскую Тишину. Тут рядом.

Глава 9

Розы цвели в этом году очень поздно. Едва отцвели розы, как заиграли нежными красками астры. Теперь настала очередь хризантем – их кусты цвели под окнами, и горьковатый запах все время стоял в доме.

– Как в «Гранатовом браслете», – сказала Ольга, поднимая куст, прижатый к земле ночным дождем.

– Что – как в «Гранатовом браслете»? – не понял Иван.

Двоюродный брат прибыл сегодня утром, чтобы вместе с Ольгой ехать в аэропорт, встречать ее маму. То есть это в Тавельцево он прибыл утром, а в Москву вообще-то вернулся неделю назад. На этот раз он был на Байкале, что казалось Ольге не очень понятным. Ведь Ванька океанолог, а Байкал ведь не океан? Но кто их знает, людей с такими редкостными профессиями, мало ли где им положено быть!

Приехав в Москву, Ванька, как всегда, был страшно занят и всю неделю никак не мог найти время для встречи с родственниками. Неля жаловалась, что видела сына один раз, да и то коротко.

Увидев его наконец, Ольга обрадовалась. Брат Иван был главным героем ее детства: они вместе играли, читали, ездили в пионерский лагерь; тогда Ольга не представляла себе жизни без него. Нелина жизнь проходила бурно, и сына ее воспитывала в основном сестра Таня. Когда он был маленький и все они жили в одной комнате коммуналки у Рогожской заставы, это получалось само собой. Но и потом, когда Ванька вырос и стал жить отдельно, а Таня добилась, чтобы им вернули родительскую квартиру в Ермолаевском переулке, он проводил больше времени с ней, чем с мамой, и с ней чаще, чем с мамой, советовался. Насколько мог советоваться с кем бы то ни было человек, обладающий таким неуемным характером, как у него.

Но это было уже позже. А в детстве Ольге повезло иметь рядом брата. Ванька был младше ее на пять лет, но всегда казался ей… Нет, не старше, но решительнее.

Он посмотрел на нее с недоумением и переспросил:

– Хризантемы, как в «Гранатовом браслете», что ли?

– Не хризантемы, – улыбнулась Ольга. – А общее ощущение. У меня всю нынешнюю осень такое ощущение, из которого этот рассказ состоит: грустно, но на душе светло.

– Да-а, Олька! – засмеялся он. – Так в тебе до сих пор и полно всяких этих… – Он неопределенно покрутил рукой. – Архитектурных излишеств!

Определения, которые давал чему бы то ни было ее брат, всегда оказывались точными и элегантными.

– Правда? – расстроилась Ольга. – А я и не замечаю.

– Не переживай, – успокоил Ванька. – В тебе это все органично, так что это, может, и не излишества вовсе. И вообще, драгоценности излишеством не являются.

– Это я, что ли, драгоценность? – удивилась Ольга.

– Ну не я же. Драгоценная редкость.

– Вот разве что редкость, – засмеялась она. – Доисторическая лягушка.

– Ты Тане сообщила? – спросил Ванька.

Таней он отроду называл Ольгину маму.

– О чем?

– Что с Андреем разошлась. Это мне просто для сведения, чтобы я понимал, как себя с ней вести.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация