Долго ползти мне не дали.
– Мне одному как-то скучно плавать, – произнесло это морское чудовище, и утащило меня в пучину. Прямо в одежде. Хорошо, немного – купальник, майка, шорты и солнцезащитные очки на голове. С очками можно попрощаться.
Помня о прошлом опыте, шефа не критикую, не ругаюсь, к совести не взываю. Стянула с себя шорты с майкой и плаваю, задрав нос. Подальше от начальника. Вода, кстати, отличная, но очки жалко.
– Василиса, вы обиделись? – Давид все-таки подплыл ко мне.
Не, блин, радуюсь.
Молчу, неспешно отплывая от шефа, но тот настигает меня в пару гребков.
– Возможно я был несколько грубоват, и вы потеряли очки, верно? Я куплю вам новые. Завтра мы зайдем в один курортный городок, я вам там хоть весь магазин этих аксессуаров скуплю. Мир?
Какой щедрый босс, еще и извиняется, не к добру.
Вместо ответа нырнула под воду, а вынырнула ближе к яхте, еще несколько гребков, и вот я уже вновь сижу на бортике.
– Давид Матвеевич, я на вас не обижаюсь. Правда. И очки мне не нужны, – это я сказала также подплывающему к яхте порноимператору. На самом деде босс может сделать со мной на этой яхте все, что угодно, никто ему ничего не скажет, окунание в воду, это так, детские шалости, главное, чтобы чего похуже не было.
Крамер выбирается из воды и ложится в шезлонге, я присаживаюсь на соседний. На начальника стараюсь не смотреть.
– Давид Матвеевич, вам массаж делать?
– Давайте перенесем на вечер, – с ленцой отвечает шеф.
Ну и хорошо.
– Думаю, устроим сеанс у меня в каюте.
Да, ёшкин кот!
ГЛАВА 27
– Пойду тогда, если вы не против, к себе над дипломом работать.
– Нет, я вас не отпускаю. Составите мне компанию. И вы ведь моя помощница, тпак? Идите и покажите моим людям доставить сюда зонты и прохладительные напитки.
Что делать, я человек подневольный, пошла исполнять. На том капризы начальства не закончились. Периодически передвигаю зонт, и купаюсь вместе с шефом. Критический момент настал, когда босс потребовал намазать его солнцезащитным кремом. По сути тот же утренний массаж.
Со спиной проблем не возникло, это привычно, но потом начальник перевернулся и требовательно на меня смотрит. Что, и грудь?
– Тщательно и равномерно, Василиса Андреевна, – говорит Крамер, убирая руки за голову и подставляя лицо солнцу.
Убила бы.
Яростно брызнула на Давида из флакона со средством, переселив себя, дотронулась до мужской груди.
Какие впечатления? Грудь твердая, теплая. Трогать приятно. М-да, вот для чего мне эти наблюдения?
Растираю тщательно, как и просили, даже, можно сказать, зло. Но, блин, какое же шикарное тело.
Каюсь, в области живота моя рука замедляется. С интересом щупаю кубики пресса.
Ствол шефа демонстративно поднят, напряжен и, похоже, готов выстрелить. Но вообще выдержка, как мне кажется, у Давида мощная, мужчина лежит себе, словно все нормально и вполне обычно.
– Я все, – пусть сам себе ниже пояса что хочет мажет.
– Уверены?
– Да. Ниже интимная зона, это точно не входит в мои обязанности. Давид Матвеевич, давайте уже начистоту? Без всяких игр и уловок. Чего вы от меня хотите?
– В этом вы тоже уверены? Что хотите знать ответ?
– Да.
– По-моему, все очевидно. Я хочу вас трахнуть.
Ну… это многое проясняет.
Боюсь пошевелится и даже лишний раз вздохнуть.
– И что вас останавливает? – сиплым шепотом спрашиваю я. Знаю, странный вопрос, но прекрасно осознаю, что если Крамер действительно захочет меня взять, он это сделает, даже несмотря на мое сопротивление.
– У нас с вами договор об отсутствии интима, и как бы там ни было, но слово свое я всегда стараюсь держать. Но если договор нарушите вы – я не обижусь.
– То есть… вы ждете, когда я начну к вам грязно приставать?
– Что-то вроде того.
Ха. Ха. Ха.
– Такого никогда не будет.
Шеф смотрит на меня снисходительно.
– Хотите, заключим пари?
– Нет, спасибо.
– Вот видите, значит все-таки допускаете возможность проигрыша.
– Я не азартна. Давид Матвеевич, то есть, получается, вы хотите меня уволить? Ведь те, с кем вы спали уже непосредственно с вами не работают.
– Посмотрим. Будет зависеть от вас и вашего поведения.
Это если я не ревнивой окажусь, что ли? Или еще какие факторы? Да в прочем, какая разница.
– Вот видите, как бывает. Девушек вокруг полно, а я хочу вас. Возможно, вам не стоило ставить ограничение насчет интима, постепенно данное условие превратилось для меня в вызов. Еще эти ваши смешные заявления про великую любовь провоцируют. Ну и, пожалуй, мне понравилось наблюдать за вашим приспособлением к новым условиям, за тем, как вы реагируете на стрессовые ситуации, а в итоге еще и невероятно быстро осваиваетесь. Ах, да. Хотите еще мое наблюдение?
– Нет.
– Полагаю, когда распробуете постельные отношения, окажетесь весьма горячей штучкой. Я введу вас в этот мир, и сделаю женщиной.
– Давид Матвеевич, этого не будет. Если вы, сдержите слово, конечно.
– Жизнь покажет, – изрек философски Крамер.
Помолчав с пару минут. Шок начинает проходить, даже как-то смешно становится, а вот вопросы гложут.
– Давид Матвеевич, а своим голым видом это вы меня так соблазнить пытаетесь? Я тогда вас могу сразу предупредить, это не работает. Меня это не возбуждает, а скорее наоборот, пугает.
– Нет, не соблазнить. Пугало это вас, возможно, поначалу. А скоро и вовсе привыкнете и будете считать чем-то обыденным и естественным, перестанете замечать.
Крамер оборвал свою мысль, но я мысленно закончила. Ага, сначала привыкну к голому шефу, потом, возможно, к постоянной его близости, потом еще к чему-нибудь привыкну, и однажды все дойдет до того, что я даже не обращу внимания, как Давид меня возьмет. Сама по забывчивости и случайно потрогаю Крамера там где не надо, все же привычно, бояться нечего, это будет означать, что я первой нарушила договор отсутствии действий интимного характера. А дальше по накатанной. Ну, подумаешь, пристроился там сзади или спереди ненадолго начальник, ну поцеловал разок и помассировал кое-где, подвигался поступательно чуток, а потом можно расходиться по своим рабочим местам.
– Давид Матвеевич, можно я пойду к себе? – вопрос прозвучал устало. Нервы мои основательно потрепаны.
– Идите.
Ура.