Книга Мужчина в кармане [= Теплая снежинка ], страница 58. Автор книги Юлия Климова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Мужчина в кармане [= Теплая снежинка ]»

Cтраница 58

– Может, вина? Есть белое и красное.

– Нет, шампанского…

Где он сейчас?

Чем занят?

Я бы сейчас его с удовольствием поцеловала, я бы позволила ему все… Уф, эту мысль зачеркиваем. Зачеркиваем два раза!

Нет, я бы позволила ему все. И чтобы его дыхание сливалось с моим, и чтобы подскочила температура до солнечного жара, и чтобы вздох означал момент счастья, и чтобы стон означал… Уф, куда меня занесло. Неужели я хочу быть с ним? Неужели в моем сердце поселилась самая настоящая и неожиданная лю…

– Наташка, ты о чем думаешь? – спросил Середа, приподняв брови. – На твоем лице вот уже двадцать минут тень Бородинского сражения сменяется тенью Пленума ЦК КПСС, и происходит это без перерыва.

Поставив опустевший бокал на стол, я растерянно пожала плечами, поймала пару смешинок и весело ответила не по теме:

– Пойду приглашу Сливу на танец, мне кажется, он будет рад.

Середа опять усмехнулся, покачал головой и забрал у меня бокал.

– Ступай, благословляю. – Он ехидно сморщил нос и потянулся к пачке сигарет. – Уверен, ты найдешь, что ему сказать и на какую ногу наступить.

Поднявшись, качнувшись вместе с залом, помахав Бондаренко (я здесь, я жду интересный проект, и я жить без вас не могу), я двинулась в сторону Бережкова. Походку я позаимствовала у маман (чего ж зря добру пропадать), и вы бы видели, как надулся Вячеслав, как он приподнял на миг тяжелую попу и тут же вернул ее на место!

Я иду, нетерпеливый мой, я иду, пугливый мой, я иду, жадный мой… Тьфу!

– Давай потанцуем, как в старые добрые времена… – многозначительно выдала я, хотя старые добрые времена ничем, кроме как моим частым фырканьем и стандартным: «Нет, Слива, нет, размечтался, вернись на грешную землю», похвастаться не могли.

Вот человек, который сейчас ответит «за всех обманутых девчат».

– Давай, – он важно встал со стула, одернул пиджак и самодовольно улыбнулся.

Пахнуло Hugo Boss и неудовлетворенными амбициями. Я даже побоялась предположить: в какую сторону вильнули его скользкие мысли, в какие кусты их потянуло…

– Как поживаешь, Слава? Каким проектом занимаешься сейчас?

Почему бы не спросить? Почему бы интеллигентно не поинтересоваться? Он – дизайнер. Я – дизайнер. Мы – одна команда!

Еле сдерживая смех, чувствуя, как нервно дернулись ладони Сливы на моей талии, я посмотрела в глаза своему «коварному» врагу и приподняла брови, изображая добрую и внимательную учительницу. Пришлось сконцентрировать разум и волю, пришлось поймать пузырьки шампанского и погрозить им пальцем, пришлось отступить на шаг, потому что моя правая нога уже собиралась сделать свое черное дело, а именно злостно наступить на ногу Бережкова.

– Я тебя, Амелина, вижу насквозь, – просипел Слива, тяжело дыша. – Ты же не зря пригласила меня на танец, да?

– Не зря, – согласилась я, умоляя левую ногу не брать пример с правой.

– Ты грамотно подсуетилась и вышла замуж за Кондрашова. Я всегда знал, что ты умна и хитра… Деньги… деньги подомнут под себя любого… И как у тебя всегда все так ладно получается, а? – Бережков завистливо дернул носом. – А теперь настали будни, да? Теперь тебе нужен кто-то для души и… Я же догадываюсь, почему ты все время крутишься у меня под ногами, почему суешь палки в колеса, почему стараешься заполучить то, что принадлежит мне… Ты гордая, Амелина, и просто так не можешь… то есть…

– Я твои колеса вообще никогда не трогала и уж тем более никогда не совала в них палки. Или ты что колесами называешь? – уточнила я.

– Ты просто так не можешь… – продолжал твердить Слива. – Тебе особые отношения нужны… и эти отношения могу дать тебе только я…

Ну-у-у, я так не играю… (я превратилась в обиженного Карлсона и надула губы). Почему, почему спектакли в театре абсурда такие частые и затяжные? Почему этот третий слева пупырышек на теле у слона никак не успокоится? И как он смеет рассуждать обо мне, о моем муже и о нашей семейной жизни!

Пузырьки шампанского пожали плечами и по одному полетели на волю…

– Слива, оглянись вокруг… – прошептала я, позволяя правой ноге поймать и изрядно придавить ногу Бережкова. – Мы же не в Стране Твоего Маразма, правда? – Левая нога повторила подвиг правой.

– А! – коротко издал Слива, уже опасливо поглядывая на меня.

– Еще одно гаденькое словечко про меня и моего мужа, и твои колеса покатятся по этому полу, как…

– Амелина… ты сейчас серьезно или играешь?..

Смех, я вам скажу, это такая слабо контролируемая штука… И смеяться-то я вроде не собиралась, а уж как-то так вышло…

Вот Слива Бережков, а вот я… И что я тут с ним делаю? Этот вопрос окончательно подкосил мою закаленную в боях нервную систему, я развернулась и потрусила к Середе, разбрасывая в стороны пучки и горсти уже обозначенного смеха. Глупо, бесконечно глупо тратить драгоценное время на пустоту… Этот враг давно побежден, более того, вычеркнут из списка бывших, настоящих и будущих врагов! Он неинтересен.

И за это нужно выпить!

– Шампанского? – безошибочно понимая мой настрой, спросил Середа.

– Ага, – кивнула я и плюхнулась на стул.

Пузырьки, пузырьки, пузыречки…

Но усидеть на месте было сложно – в груди рос и разгорался огненный шар непокоя. Я схватила салфетку и бросила ее обратно, откусила сначала огурец, затем перец, затем слопала ложку салата, затем закинула ногу на ногу, тут же передумала, подвинула стул к столу, отправила в рот кусок безвкусной селедки и… поймала насмешливый взгляд Середы.

– Почему ты на меня так смотришь?

– Говори.

– Что?

– Что на душе, то и говори.

Сделав еще один глоток шампанского, шмыгнув носом, оглядев зал, беспокойно покусав губы, я без проблем выдохнула множество слов и знаков препинания:

– Мне нужен билет на поезд, мне нужен конь… особенный – ахалтекинец… еще машина – гоночная… Мне нужны рельсы и шпалы, поле, дорога… Одежда! Мне нужна одежда! В обтяжку: чтобы ни одной лишней пуговицы не было… – Я зацепила рукой стакан, он послушно улегся набок, но моего внимания не получил. – И музыка! Такая: туду-дум, туду-дум… И чтобы на меня смотрели…

– Кто?

– Не знаю.

– Какие глаза?

– Серые. И пусть будет холодно, очень холодно. Ветер, сумасшедший ветер в лицо…

– Зачем?

– Чтобы ехать, скакать, мчаться, обгонять! И чтобы было невозможно трудно, и нет мыслей в голове, кроме одной…

– Какой? – Усмешка Середы стала еще заметнее. – Какой, Наташка?

Какой? Я попыталась поймать утраченное продолжение фразы и не смогла – в голове перепутались цвета и запахи, выдумка и явь. Но через секунду, к своему абсолютному изумлению, я услышала собственный голос:

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация