Книга Дед Снегур и Морозочка, страница 74. Автор книги Дарья Донцова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Дед Снегур и Морозочка»

Cтраница 74

Юля, чуть приоткрыв стеклопакет, выпускала дым на улицу. Если в упор смотреть человеку в спину, тот непременно ощутит чужой взгляд. Хозяйка вздрогнула и обернулась.

– Что? – нервно спросила она. – Не сверли во мне дырку!

– Знаешь, – медленно сказала я, – в истории криминалистики много рассказов о хитро придуманных преступлениях, многоходовых комбинациях с тщательно написанными сценариями. И тем не менее их организаторов ловили, потому что они прокалывались на ерунде. Мелочи, вот что губит нарушителя закона. Порой это просто идиотские оплошности. Не так давно в Москве был взят человек, который ограбил ювелирный магазин, он идеально спланировал кражу, но в тот момент, когда негодяй опустошал витрину, его мобильный телефон вдруг закричал: «Ау! Сергей Колосов, возьми трубку! Ау! Сергей Колосов, вас вызывают к президенту». Парень поставил на свой сотовый так называемый прикольный звонок. Ясное дело, бандита быстро нашли, продавщицы запомнили имя и фамилию. Иногда уголовники совершают совсем уж откровенные глупости. Известен случай, когда, ограбив банк, один из налетчиков назавтра вернулся в это же деньгохранилище и, протянув кассиру украденные купюры, попросил положить их ему на счет.

– Дураков полно, – фыркнула Юля и захлопнула окно.

– Но, повторяю, чаще всего человек просто забывает о мелочах, – продолжала я. – Впрочем, сыщик тоже упускает их из вида. Возьмем нашу ситуацию. Умная Вера Кирилловна не могла предположить, что от ее свитера оторвется крохотная розочка из атласа и останется на полу в пятом коттедже, и она уж точно не подозревала, что уборщица не заметит лоскуток, тот попадется мне на глаза, а я, обладательница цепкой памяти, соображу: Морковкина посещала санаторное отделение.

– Хочешь услышать мой восторг и восхищение твоим умом и сообразительностью? – ухмыльнулась Юлия. – Ждешь аплодисментов?

Я сделала вид, будто не поняла иронии.

– Нет, потому что сама допустила ряд оплошностей. Ну, например, такую. «Елена Кротова», рассказывая нам о своем падении в пропасть, заявила: «Помню, как посмотрела на розы, дальше ничего, темнота». То есть она свалилась в ущелье, потеряла сознание и очнулась только в публичном доме, где ее заставили обслуживать клиентов. И никто из людей, внимавших рассказу бедняжки, включая и меня, не воскликнул: «Эй, девушка, даже если отбросить в сторону вопросы, каким образом таинственные преступники обменяли тело Кротовой на чужой труп и зачем они произвели рокировку, все равно многое вызывает изумление». Каким образом, пролетев значительное расстояние и упав на камни, Леночка не получила ни малейших повреждений? Она смогла обслуживать клиентов, а не стонала с переломанными руками и ногами. Мне следовало обратить внимание на эту нестыковку! Но нет, я не отреагировала на нелепицу. И кто я после этого?

– Так тебя сейчас ругать? – с плохо замаскированным ехидством осведомилась Юля.

– Но я все же не совсем безнадежна. Тебе придется рассказать, как ты умудрилась заставить Галину Юдаеву исполнить роль Елены Кротовой? – сказала я. – Только не делай изумленные глаза и не пытайся восклицать: «А это кто?» Во время беседы в кабинете у моего начальника Елена услышала, как Тимофей встряхнул пузырек с «Викарилом». Раздался характерный звук, Кротова отреагировала на него странно: замерла, а затем монотонно произнесла: «Викарил» три раза в день, «Залкан» на ночь, «Асентракс» днем». Еще посетовала на вредность «Викарила», пожаловалась на возникающую от него тошноту. Я спустя некоторое время удивилась: Кротова длительное время находилась в рабстве, откуда ей знать про «Викарил», который недавно появился в продаже? Да и «Залкан» с «Асентраксом», как я потом выяснила, используются лишь в психиатрических клиниках, в обычных аптеках их не найти. Потом, когда я узнала, что Кротова на самом деле Юдаева и она содержалась в отделении у профессора Козлова, который пытался бороться с болезнью Фаултона, я посчитала, что нашла ответ на вопрос. Но тут же возник новый. Ученый умер, его подопечных забрали родственники, но Вера Киселева, родная сестра Галины, не моргнув глазом сообщила мне про «Созвездие», где якобы до сих пор лечится Юдаева.

Верочка была уверена, что меня не пустят в клинику, там очень строго проверяют посетителей, и я не узнаю, что с Галиной, поэтому преспокойно рассказала про Козлова. А может, Киселева растерялась и испугалась при виде незваной гостьи и поэтому разболтала тайну… Юлечка, ты следишь за ходом моих мыслей?

Медсестра молча кивнула. Я потерла руки.

– Отлично. Алексей Юрьевич, заведующий санаторным отделением, рассказал немного о Козлове, посетовал на его рассеянность и полнейшую бытовую неумелость, обронил фразу: «Юля за ним как за ребенком смотрела».

Учитывая твою заботу о Козлове, прибавив упаковки лекарств, которые лежат сейчас на подоконнике, приплюсовав сюда вашу нежную дружбу как с Ксюшей-Леной, так и с Лизой-Эстер, вспомнив о твоих хороших отношениях с Верой Кирилловной Морковкиной и глядя на твои дорогущие часы, усеянные брильянтами, могу предположить: Галина Юдаева после смерти Козлова жила именно в этой квартире, и она превратилась в Елену Кротову. Юля, ты понимаешь, что стала соучастницей преступлений?

Медсестра шумно выдохнула.

– Ничего плохого я не делала. Ну… вроде как помогла…

– У тебя есть альтернатива, – сказала я, – сейчас рассказать все начистоту мне или отвечать на вопросы в кабинете следователя Леонида Ярошенко. Впрочем, не стану тебя обманывать, ты вляпалась в нехорошую историю, тебе все равно придется общаться с Ярошенко, но я сумею убедить его проявить к тебе снисхождение, объясню ему: «Юля лишь хотела оказать услугу хорошим людям», представлю факты с выгодной стороны. Но согласись, мне нужны эти факты. Кстати, часы очень красивые, не современного производства, я бы тоже такие хотела.

Юля опять схватилась за сигареты.

– Когда Тимофей снова оказался в санаторном отделении, Вера Кирилловна подошла ко мне и заявила: «Юляша, давно хотела сделать тебе подарок». И протянула эти часики.

Медсестра не вчера родилась на свет, она отлично усвоила истину про бесплатный сыр и мышеловку, поэтому, восхитившись красотой вещицы и сообразив, что презент стоит кучу денег, Юля спросила: «Что надо делать?»

«Найти бывшую подопечную Козлова Галину Юдаеву и поработать с ней по хорошо известной тебе методике подселения личности», – выпалила Морковкина.

– Это что еще такое? – удивилась я.

Юля опустила голову.

– У нас с Козловым был роман. Сергей меня старше, но возраст никакого значения в настоящих отношениях не имеет. Сережа был энтузиаст своего дела, я ему помогала, в свободное от работы время нянчилась с его подопечными и многому научилась. Больные синдромом Фаултона – не двуликие, а многоликие Янусы, [10] они начинают психологически превращаться в любого человека, своей личности у них нет. Вот Козлов и подумал: а что, если, использовав гипноз, лекарства и кое-какие разработанные им методики, подселить в тело нездорового человека чью-то личность и убедить остаться там навсегда. Образно говоря, внушить Петрову, что он шофер Сидоров, и никаких проблем. Петров станет жить, как Сидоров, вертеть баранку, никакой чехарды со сменой ролей, полнейшая социальная адаптация.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация