Книга Флибустьерские волны, страница 39. Автор книги Александр Бушков

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Флибустьерские волны»

Cтраница 39

Он стоял перед Мазуром, едва заметно улыбаясь, взгляд его был ясен, чист, светел, а лицо озарено, просветлено, исполнено неземной благодати – хоть ангела господня с него пиши для иконы. В голове у Мазура понемногу рождалось нечто сродни озарению. Он слишком хорошо знал, что означает подобного рода выражение на физиономии старого приятеля, друга заклятого.

– Ах ты, чекистская морда... – сказал он ошарашено. – Ты снова крутил комбинацию... Я по роже вижу.

– Мне ваши беспочвенные подозрения очень даже странны, – ханжеским тоном сказал Лаврик с оскорбленным видом седоусого служаки, облыжно обвиненного в том, что он злодейски пропил полковое знамя.

– С-сука, – сказал Мазур. – Тварь. Прохиндей. Ты крутил комбинацию – моим горбом...

– Ну, вообще-то я не обязан перед тобой отчитываться, – сказал Лаврик уже нормальным голосом. – Но, поскольку ты человек надежный и зарекомендовавший себя... Крутил, извини. Нужно смотреть дальше своего носа. Вы, ихтиандры бесхитростные, без затей режете глотки, а я обязан не только вас при этом оборонять от козней вражеских, но еще и комбинации крутить... Ну да. Я тебе всобачил микрофончик – импортная штучка, совсем крохотная, идеально прилипает к любой поверхности... И через пару минут после того, как ты уехал на грузовичке, мы туда нагрянули – я, вон тот компаньеро, – он кивнул в сторону «Ла Тортуги», – и его барбудос. Состоялся сложный, душевный и крайне результативный разговор. Твой Ричард, как ни был крут, пообещал работать на нас – и будь уверен, пахать будет исправно и добросовестно. Крутые парни – они сплошь и рядом еще и разумные... Так-то. Как говорится, под давлением неопровержимых аргументов и улик... Вытаскивать тебя оттуда было бы слишком простым решением. Жизнь требовала комбинаций посложнее. Нужно было освоить некий участок – и мы его освоили. И при чем тут наши с тобой переживания? Кого интересуют эмоции, когда речь идет о деле?

– Меня же сто раз могли там угрохать, – сказал Мазур.

– Не могли, – ответил Лаврик. – Не для того тебя так старательно учили, не для того над тобой бились лучшие специалисты, чтобы ты дал себя прихлопнуть каким-то вшивым гангстерам... Ведь, по большому счету, не ухлопали же? А польза вышла нешуточная. Те, кому надлежит, еще такой урожай снимут с этой веревочки, что ты, простая душа, и представить себе не можешь, может быть, и я тоже... Разобиделся?

– Не дождешься, – угрюмо сказал Мазур.

Ни злости, ни обиды у него и в самом деле не было. Притерпелся уже к Лавриковым штучкам. И, самое главное и самое печальное, прекрасно его понимал, как бы дико это ни казалось. Лаврик был сугубый профессионал, и когда начиналось дело, у него где-то внутри щелкал невидимый миру тумблер, отключавший все человеческое – как и у самого Мазура при других обстоятельствах... Глупо и неразумно сердиться на человека, стремящегося сделать свою работу – пусть даже при этом тобой сыграли втемную. Обычный человек отшатнулся бы от таких рассуждений в ужасе и омерзении, пылая благородным возмущением – но они-то с Лавриком были надежно и качественно искалечены своей профессией...

– А как же наш подводный луноход? – спросил он язвительно.

– Ничего ему не сделается, – сказал Лаврик. – Плюс-минус сутки... Сам же видишь, перерывчик вышел небольшой, как и рассчитано. А в общем начальство, конечно, торопит. Где-то там, – он неопределенно повел рукой, указывая на океан, – обретается подводная лодка... Не наша, кубинская. Для надежности аппарат погрузим прямо на нее, он слишком большой, чтобы тащить его сюда, в город. Вот только... – он вновь повернулся к морю, лицо стало озабоченным. – Если эта хренотень усилится, завтра в море не выйдешь.

– Да уж, – согласился Мазур, глядя на затянутое серым небо. Налетавший ветер уже не на шутку раскачивал и трепал верхушки пальм, гонял по пирсу обрывки газет и пустые банки.

– Меня терзают угрызения совести, – сказал Лаврик вполне веселым тоном. – Я, правда, перед тобой ужасно виноват... Хочешь литр виски в качестве моральной компенсации?

– Ни хрена, – сказал Мазур. – У меня есть идея получше. Найди мне в городе местечко, где можно взять напрокат смокинг моего размера – и считай, что мы квиты, я все прощу...

Глава 2
Мишура светской жизни

– Я себя чувствую форменным идиотом, – честно и откровенно признался Мазур, вертя пустой бокал. – Кто же знал...

– Не переживай, – сказала Ким. – Мне во всяком случае ты сделал приятное. Честное слово. Получилось очень даже стильно. Ты, правда, импозантно выглядишь. Меня уже кое-кто спрашивал с уважением в голосе, что это за парень – не дипломат ли, не здешний ли министр...

– А ты?

– А я загадочно улыбалась, – сказала она. – Отчего они еще больше отвешивали челюсти... Извини, я поговорю с тем вон старым хреном, нужно же хозяйке о важных гостях позаботиться...

Она подмигнула и направилась к кучке гостей, окруживших какого-то мрачного пожилого типа, торчавшего в уголке с таким видом, словно он шел на молитвенное собрание и был ужасно шокирован, попав на развеселую пьянку. На нее оглядывались, она и в самом деле выглядела великолепно – в черном вечернем платье, раскрасневшаяся, успевшая пропустить пару бокалов.

Мазур остался стоять в другом углу, в своем дурацком смокинге. Бесшумно подкравшийся пожилой местный тип в красном пиджаке и с черной бабочкой проворно наполнил его бокал. Судя по нешуточной сноровке, он был из нанятых на сегодняшний вечер профессиональных официантов из какого-то городского заведения.

Пришлось изрядно пригубить – не пропадать же халявному добру?

Почти сразу же, заявившись в «проклятую гасиенду», Мазур убедился, что свалял дурака, проявив то ли невежество, то ли наивность. Поскольку он один-единственный из полусотни гостей оказался в смокинге. Половина дамочек, правда, щеголяла в вечерних платьях – но вот мужская половина приглашенных красовалась в самых обычных костюмах, главным образом белых, а кое-кто и вовсе по-простецки – в джинсах и футболке.

Ничего удивительного, что на Мазура украдкой оглядывались – правда, без малейшей насмешки, вполне уважительно, но все равно он выглядел здесь белой вороной.

Что поделать, хотелось соответствовать. Он-то полагал, что все будет, как в том самом голливудском кино: белые нежные манишки, бабочки, фалды... Жизнь безжалостно разнесла вдребезги взлелеянные импортным кинематографом штампы. По сути это была обычная вечеринка: гремела музыка, гости толпами слонялись по дому, гомонили, хохотали, плясали. Никаких тебе бокалов с шампанским и чинных бесед. Как он ни присматривался, не отыскал ни одного, к кому бы подходил эпитет «светский». Самая обычная публика, собравшаяся похлебать виски на халяву. Какие-то штатовские знакомые Кимберли, явно не из миллионеров и сенаторов, знакомые знакомых, вообще непонятно кто – и добрая дюжина местных репортеров, которых сразу удавалось опознать, потому что они расхаживали с видом изголодавшихся гиен, озабоченные тем, чтобы и выпить как следует, и высмотреть или услышать нечто, способное хотя бы отдаленно сойти за сенсацию.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация