Книга Метро 2033. Санитары, страница 10. Автор книги Сергей Зайцев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Метро 2033. Санитары»

Cтраница 10

Легкий ветерок, признак работы вентиляционных систем и такой же вечный спутник туннелей, как и мрак, скользил по лицу. Тусклые лампочки медленно проявлялись из глухой давящей темноты, с трудом отвоевывая у нее жалкий клочок жизненного пространства для людей, и так же медленно уплывали за спину. Жизненно важный световой пунктир, путеводная ниточка во мраке. Идти до Электрозаводской не так уж долго, но в бесконечной кишке туннеля расстояния по ощущениям обманчиво растягиваются многократно.

Очень неприятное чувство.

И каждый раз, отправившись в путь, думаешь, что уже никогда не выйдешь снова к людям, в привычный обжитый мирок…

Глава 2
СМЕХ В ТЕМНОТЕ

Задумавшись, Димка споткнулся и остановился.

Что-то его насторожило.

Возможно то, что изменился звук шагов — теперь он, казалось, гас раньше, чем каблуки касались шпал, а не разносился слабым эхом по туннелю.

Понимание того, что путевая лампочка, которая давно должна бы показаться впереди, никак не появляется, медленно просачивалось в сознание — вместе с холодком все усиливающегося страха. И еще мгновеньем позже дошло, что он уже какое-то время идет один. И без того влажный и затхлый воздух туннелей словно сгустился в тягучую, отдающую трупным смрадом патоку, которой трудно было дышать. Сердце Димки забилось учащенно и гулко. Куда пропал Федор? Когда это случилось? Как такое вообще возможно — не заметить сразу, что тот исчез — беззвучно, бесследно?! Кротов же только что шагал впереди, и пятно света скакало перед ним с путей на своды туннеля и обратно, контролируя состояние дороги, и вот его уже нет. Сгинул, словно сквозь землю провалился.

Происходило что-то непонятное. Что-то жуткое.

Может, напарник, не заметив, что Димка отстал, просто ушел вперед?

Замерев, Димка стоял напряженно прислушиваясь к шорохам во мраке, надеясь услышать такой родной, успокаивающий звук шагов Федора. Но тишина окружала его со всех сторон. Тяжелая давящая тишина. И мрак. С каждой секундой шорохи туннеля все отчетливее звучали вокруг — когда шагаешь, не слышишь почти ничего постороннего, только собственное дыхание. Но туннель всегда живет своей особенной жизнью. И стоит остановиться, как эта жизнь дает о себе знать, заполняя все пространство. Слабое потрескивание поверхности бетонных стен, шелест осыпающейся изоляции, отслоившихся частичек на остатках труб и электрических кабелей вдоль стен, сдавшихся под натиском времени и коррозии. Звук капель, конденсирующихся на своде и звонко падающих вниз, на пути. А еще — ветер.

Нестерпимо, до дрожи захотелось увидеть свет, и Димка запоздало вспомнил, что у него есть свой фонарь, — нужно только достать его из рюкзака! Стараясь не шуметь и не тревожить то, что могло притаиться во мраке, он торопливо стянул автомат с плеча и опустился на корточки, аккуратно, почти беззвучно положив его рядом. Затем запустил руку в сброшенный рюкзак, шаря вслепую.

Где-то впереди раздался глухой, но мощный удар, гулко разнесшийся по жерлу туннеля. Димка замер, мгновенно превратившись в каменное изваяние. Он так и не нашел фонарь, но теперь боялся даже пошевелиться, чувствуя, как от ужаса, сжавшего горло и перехватившего дыхание, шевелятся волосы на затылке. Метров сто? Или всего пятьдесят? Такой звук не мог исходить от человека. Словно что-то огромное, могучее приложилось кулаком по путям, едва не вздыбив поверхность.

Тоненький неестественный смех, раздавшийся вдруг всего в двух шагах, заставил его вздрогнуть и мгновенно взмокнуть с ног до головы. Даже не смех — хихиканье. Как будто некое существо, не обладая человечьими голосовыми связками, старалось подражать человеческому смеху — или передразнивать его. Димка против воли шевельнулся, и рукоять фонаря сама ткнулась в ладонь. Он тут же выхватил его из рюкзака, но так и не включил — тяжелый гулкий удар, такой же, как и первый, опять прокатился по туннелю. Пути под ногами вздрогнули, секунду спустя порыв ветра обдал мокрое от пота лицо. Димка снова оцепенел, инстинктивно чувствуя, что любое движение для него сейчас может оказаться смертельно опасным.

На этот раз было гораздо ближе.

Может быть, всего метров двадцать.

Против такой твари, неизвестно как проникшей в туннель, автомат, скорее всего, бесполезен. Как тогда — на поверхности. В его первый и последний выход сталкером, которым он так и не стал… Жалкое оружие, созданное людьми против себе подобных…

И вдруг что-то мертвой хваткой вцепилось ему сзади в плечо.

Из груди вырвался крик, Димка как сидел на корточках, так и рванулся прочь, ужом выворачиваясь из чьей-то лапы, вслепую отмахнулся назад рукой… и тут же получил затрещину, от которой наконец проснулся.

Буквально вздернув его на ноги с корточек, Кротов с недюжинной силой тряс парня за грудки, как тряпичную куклу.

— Да ёханый бабай, пацан! Тебе кошмар снился, я тебя от кошмара спасал, понял, нет? Ты на ходу заснул, чудак, скажи кому, так не поверят же, что такое возможно! Ты спал, понял?

— Федор… — только и выдохнул Димка, чувствуя, как его охватывает невероятное облегчение, а ноги того и гляди подкосятся от подкатившей слабости, и он снова рассядется на шпалах. Нет никакого монстра в темноте. Ему это все почудилось. Всего лишь почудилось…

— Я спохватился, а ты уже сидишь на шпалах и сопишь в две дырки, — озабоченно, пополам с удивленной насмешкой, продолжал Федор. — Не, ну ты даешь, блин! Может, тебе еще разок пощечину отвесить? Для профилактики? Вон ведь сразу в себя пришел, а то сперва драться полез. Я его спасаю, а он драться, вот чертяка.

— Отпусти, — выдавил Димка, чувствуя, как сгорает от стыда. — Хватит уже трясти.

Он дернулся, отступая на шаг, и Федор наконец оставил его в покое.

— О, так я еще и виноват! — возмутился напарник. — Ты вообще слышал про такую штуку, как совесть? Понимаю, редкое явление в наше непростое время, но хоть какие-то зачатки должны же в тебе развиться!

— Знаешь что, Федор?

— Ну что, что?

— Да пошел ты сам знаешь куда! — неожиданно для себя зло бросил Димка.

— Та-ак, все с тобой ясно, — сразу поскучневшим голосом протянул Кротов. — Вот тебе фонарь, теперь ты пойдешь впереди, а я присмотрю за тобой. Заодно и делом будешь занят, наверняка не заснешь — надо же кому-то дорогу освещать.

— Договорились.

Димка вырвал из руки напарника протянутый фонарь, резко развернулся и пошел вперед.

— Эй, пацан, ты вообще в порядке?

— Нормально.

— Может, я…

— Федь, а Федь…

— Опять послать хочешь? — подозрительно уточнил Федор.

— Нет, Федь. Только попрошу. Помолчи, а? Просто — помолчи.

И что-то такое было в голосе паренька, что Кротов заткнулся.

Ведь в этом кошмаре у Димки были целы обе руки. Обе. По лицу сами собой потекли жгучие слезы, и он не стал их смахивать — в темноте не от кого было прятаться, а шагавший теперь за спиной напарник не мог увидеть его лицо. Димка никогда никому не желал зла и не мог понять, почему жизнь так жестоко с ним обошлась. Проклятая темнота. Проклятый калека. Проклятая жизнь.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация