Книга Пляска смерти, страница 124. Автор книги Лорел Гамильтон

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Пляска смерти»

Cтраница 124

– Не верю я тебе, – сказал он.

Я медленно выпустила воздух, а стойку для стрельбы с двух рук нетрудно поддерживать. Вдруг я собралась, оказалась готова. Я погружалась в потрескивающую белизну, в которой я убиваю. Не знаю, какие у меня при этом бывают глаза, но, какие бы они ни были, Хэвен их увидел. Лицо его переменилось, перестало быть таким самоуверенным. Он напрягся, мышцы его стянуло, и он лег тихо на пол, очень неподвижно, опасаясь нечаянного резкого движения. Хорошо.

– Или по-моему, или никак, – сказала я, выдавливая слова, потому что воздух из легких я выпустила, чтобы иметь возможность стрелять.

Он облизал губы и тихо сказал, стараясь ничем, кроме губ, не шевелить:

– По-твоему.

– Если я уберу пистолет, ты попытаешься на меня напасть?

– Нет.

– Почему? – спросила я, все еще глядя на него поверх ствола.

– Ты меня убьешь.

– Ты в этом уверен?

Что-то мелькнуло в его глазах – боль, страх, что-то близкое ко всему этому.

– Я знаю это выражение у тебя на лице. Знаю, потому что у меня бывает такое же. Ты меня убьешь, а я тебя убивать не хочу. Мне не выиграть, поэтому я не играю.

Я еще миг продолжала на него смотреть, думая, не спустить ли курок. Во-первых, потому что я была к этому готова. Во-вторых, потому что я не сомневалась: с ним беды не оберешься. Но все-таки я опустила пистолет и попятилась, пока не оказалась от него достаточно далеко. И спиной к нему не поворачивалась. Руку я ему не протянула, и никто не протянул.

Глава 38

Я опустилась на колено возле Ричарда. Пистолет уже не смотрел на Хэвена, но в кобуру я его еще не убрала. Мы были недостаточно для этого далеко от сраженного льва-оборотня. Сказать, что я ему не доверяла, значило бы сильно преуменьшить. Самое страшное в том, что я, даже зная, что он мерзкий тип, что пытался изувечить Ричарда только из злобы, зная это все, я все равно еще хотела его трогать. Хотела подойти слизывать кровь с его ран. Но этот образ у меня в голове, как я слизываю с него кровь, был не мой – не моей человеческой сути. Он принадлежал огромной золотистой львице, лижущей его раны. Я замотала головой, прогоняя образ.

И посмотрела на Ричарда. Он держался за ногу, ладони возле колена, но не касался его, будто это было очень больно. Плохо. Я снова посмотрела на Хэвена – не хотелось, чтобы он встал, пока я этого не вижу. Если я его застрелю, то лучше не потому, что он застал меня врасплох и сработал отточенный годами автоматизм. Нет, если так, пусть это будет намеренно.

– Что с коленом? – спросила я.

– Не выбито, но болит.

– Клодия! – позвала я.

Она подошла к нам:

– Нужен врач. – Я вспомнила руку Тревиса. – Может быть, не только ему.

– Доктор Лилиан уже едет.

Доктор Лилиан была крысолюдом и самым популярным врачом у местных оборотней – на экстренные случаи, о которых никому не хотелось сообщать.

– Отлично. – Я подавила желание на нее посмотреть, и не отводила взгляда от Хэвена. Он ничего не делал, кроме как лежал с открытыми ранами, текущими кровью, но мне хотелось уверенности – а это значило, что на него надо смотреть. – Ребята, не хотите отработать свою зарплату и проследить, чтобы он больше ничего не натворил?

Я не пыталась даже скрыть раздражения.

– Так точно, мэм! – Клодия махнула рукой, и павшего льва окружили Лизандро, Иксион и Грэхем. Хэвен будто и не заметил. Потерял сознание? Если так, то это не самая срочная моя проблема. Мне предстояло убрать пистолет, не выстрелив – редкий для меня случай. Тронув Ричарда за лицо, я сказала:

– Доктор Лилиан скоро будет.

Он только кивнул – лицо его осунулось и побледнело от боли.

Я посмотрела на Клодию:

– Где вас черти носили, когда Хэвен напал на Тревиса и Ноэля?

– Если я скажу: «Прямо здесь», ты разозлишься?

Я встала.

– Да.

Она сделала непроницаемое коповское лицо, хотя я знала, что копом она никогда не была.

– Это был вызов в борьбе за ранг. В битву за ранг в других группах зверей нам вмешиваться не дозволено.

– Это не был вызов на бой за лидерство или что-нибудь еще, – возразила я.

Клодия бросила на меня взгляд, говорящий, что явно я не все поняла. Не знаю, что было написано на моем лице, но Клодии стало ясно, что понятия не имею, на что она намекает. Она вздохнула:

– Иногда я забываю, что ты не понимаешь очевидных вещей.

– Каких вещей я сейчас не поняла?

– Твой Ульфрик позиционировал себя как доминант по отношению к этому типу. – Она улыбнулась Ричарду сверху вниз. – Честно говоря, я не верила, что в Ульфрике это есть. – В ее интонации слышалось ворчливое уважение. – Тебе нужно, чтобы кто-то был над ним доминантом, если хочешь его при себе оставить. – Она ткнула через плечо большим пальцем в сторону Хэвена. – Таких мужиков надо заставлять соблюдать иерархию.

– Ты говоришь об иерархии львов-оборотней?

Она покачала головой:

– Анита, если ты добавляешь вот этого к своим мужчинам, то кто-то из него хотя бы раз должен выбить дурь, показать, кто тут босс.

– Я тут босс, – сказала я.

Она улыбнулась:

– Анита, ты мне нравишься, я тебя уважаю. Я слушаюсь твоих приказов. Но мужики вроде Хэвена будут всегда видеть в тебе девчонку – задницу да сиськи. Если ты сама не можешь измолотить его в кашу, он тебя слушаться не будет. Будет тебе в лицо говорить то, что ты хочешь слышать, но у тебя есть Натэниел, Мика, Дамиан – в смысле, полно некомбатантов. Нельзя приводить домой льва играть с котятами, если нет большого пса, который его будет ставить на место.

Я нахмурилась:

– Так ты хочешь сказать, что Ричард и есть мой большой пес?

– Может, неудачная аналогия, но другой у меня нет.

– Ты думаешь, что уважения ко мне у него не будет – у Хэвена, в смысле.

Она покачала головой:

– На нем крупными буквами написано: беды и хлопоты.

– Ты думаешь, надо его отправить обратно?

Темные глаза в удивлении расширились:

– А мое мнение учитывается?

– Я доверяю твоему суждению. И ты здесь единственная женщина.

– А зачем тебе мнение женщины?

– Потому что устала я от такого количества этого чертова тестостерона.

Она улыбнулась:

– Не знаю, Анита, скажу ли я о нем что-нибудь такое, чего не сказали бы мужчины. Эстроген меня дурой не делает, а ты была бы дурой, если бы оставила здесь этого Куки-Монстра. В смысле, телохранитель из него бы вышел, если ему четко растолковать правила, но брать его в любовники – никак.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация