Книга Большой десант. Керченско-Эльтигенская операция, страница 50. Автор книги Андрей Кузнецов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Большой десант. Керченско-Эльтигенская операция»

Cтраница 50

Какими же силами в действительности располагала 56-я армия на плацдарме к концу суток? По данным штаба Азовской флотилии, к полуночи 3/4 ноября были доставлены (включая десант) 9487 человек, из них 150 морских пехотинцев. Потери убитыми и ранеными на плацдарме за день составили менее 150 человек (немцы только пленными потеряли около 100 человек). Если допустить, что число переправленных не завышено (а в этом есть сомнения), и учесть, что какое-то число людей ежедневно выбывают по болезни, к исходу суток имелись в строю более 9000 человек. Но «штыков» из них было менее 3500, включая находившихся на охране побережья и в резерве. Хотя немецкие данные по числу своих «штыков» явно занижены, все равно мы имели превосходство в несколько раз (но, конечно, не в 10–20, как сообщал штаб 98-й пд).

К сожалению, это преимущество нивелировалось рядом факторов. Из-за отсутствия пристаней на плацдарм еще не перебросили ни машин, ни лошадей с повозками. Боеприпасы приходилось носить на руках от места выгрузки до передовой. С продвижением войск вглубь эта проблема обострялась. Орудия, выгруженные с огромным трудом, из-за отсутствия средств тяги в большинстве своем оставались на берегу. Те же, что вручную выкатывались к передовой, страдали от недостатка снарядов. Войска не получали горячего питания, поскольку еще не было переправлено ни одной полевой кухни.

Сказывалась и неразбериха в управлении в первое время после высадки. Командование 56-й армии было недовольно тем, как управлял боем командир 2 гв. сд генерал-майор А.П. Турчинский. Изначально планировалось первой высадить 55-й гв. сд генерал-майора Б.Н. Аршинцева, но из-за невозможности посадки войск в Кучугурах пришлось изменить очередность. Была упущена возможность с ходу захватить господствующие высоты в глубине, пока противник не пришел в себя и не перебросил резервов. Это подтверждается и немецкими данными о том, что поселок Маяк был занят практически сразу, а батарея, стоявшая на его юго-западной окраине, не была атакована до рассвета.

В ночь на 4 ноября попытался внести свой вклад в срыв переправы немецкий флот. Адмирал Черного моря направил на блокаду нового плацдарма 5 из имевшихся в Керчи 10 БДБ. В немецких документах эта ночь изложена путано и противоречиво. Оценки результатов колеблются от потопленного сторожевого катера до трех поврежденных десантных катеров. У немцев не менее двух барж (F335 и F578) были незначительно повреждены ответным огнем, на F335 один человек был тяжело ранен. По нашим донесениям, на переправу пытались прорваться 4 баржи. После боя со СКА-0112 и СКА-01 они отошли и больше не мешали. СКА-0112 потерял мачту, получил надводную пробоину и вышел из строя до конца операции (утром получил новые повреждения от атаки с воздуха, см. ниже). Из команды катера 4 человека погибли и 1 получил ранение.

В целом рейд закончился неудачей, перевозка продолжалась сплошным потоком. Из Темрюка продолжали высылать в пролив все, что возможно. В ночь на 4 ноября на переправу прибыли буксирный катер «Стрела» с шаландой № 4, сейнер «Путина», ЭМТЩ-82. Последние два, в ночь на 3 ноября не высадившие десанта и лишившиеся хода, утром 3 ноября были прибуксированы в Темрюк и наскоро приведены в порядок. К утру на крымский берег были переброшены боевые подразделения 85-го полка 32-й гвардейской дивизии.


Большой десант. Керченско-Эльтигенская операция

4 ноября после полудня частям 2-й гв. сд удалось обойти гору Хронева с флангов и атаковать ее с тыла. Здесь в первый, но далеко не последний раз показал свою «высокую» боеспособность личный состав 153-й учебно-полевой дивизии. 1-й батальон ее 218-го полка обратился в паническое бегство, высота пала. К вечеру был освобожден поселок Баксы. Были захвачены 2 вкопанных танка, 12 орудий, 5 минометов, 12 пулеметов и другие трофеи, взяты 22 пленных.

55-я гв. сд после тяжелых боев овладела важными высотами и в ночь на 5 ноября освободила Джанкой (не путать с одноименным железнодорожным узлом в северном Крыму). За день 4 ноября через пролив были переброшены все три стрелковых полка 32-й гв. сд. В ночь на 5 ноября 82-й гвардейский полк взял важную высоту 140,7.

Успеху содействовала наша авиация. Несмотря на низкую облачность, штурмовики 230-й шад начали вылеты в 10:06. Из-за плохой погоды за день удалось выполнить только 31 (27) самолето-вылет Ил-2, но в немецких документах есть жалобы на их действия. Ударная авиация противника начала действовать только к вечеру. Истребители появлялись эпизодически, в восемь часов утра они обстреляли СКА-02 и уже поврежденный СКА-0112, имелись жертвы.

Потеря высоты 175,0 заставила немцев отойти на запад и подбросить новые части. Прибыл штаб 218-го учебно-полевого полка со 2-м батальоном полка, его командир с полуночи 4/5 ноября возглавил центральный участок обороны. Из-под Эльтигена подошел 191-й дивизион штурмовых орудий (по-прежнему без 2-й батареи), подтянулся 1-й батальон 290-го пп. Началось создание тылового рубежа («Королевская позиция»), для рытья траншей использовалось гражданское население. По воздуху начали прибывать первые подкрепления с Большой земли, командующий 17-й армии сразу направлял их в 98-ю дивизию (200 человек маршевого батальона «Запад 28» высадились во Владиславовке и 5 ноября прибыли под Керчь). Вечером Альмендингер, обсуждая с Гарайсом перспективы обороны и призывая к стойкости, сказал фразу, много говорящую об оценке защитников Эльтигена: «Наши солдаты должны сделать то же, что русские сделали в Эльтигене» [67] (то есть выстоять).

Командующий 17-й армией настаивал на морской блокаде Еникальского плацдарма. Кизерицки прекрасно понимал, что это невозможно. Причины он подробно изложил в ЖБД. Но, видимо, опасаясь стать козлом отпущения в случае провала обороны, бросил на это безнадежное дело все 9 имевшихся в проливе боеспособных БДБ. Группа Шварце (F312, -316, -476) получила приказ прорваться в Азовское море и блокировать участок между мысами Хрони и Фонарь. На рассвете группа по плану отходила в бухту Булганак (западнее мыса Хрони) и днем отстаивалась у берега под прикрытием зенитных батарей. Участок Фонарь — Еникале занимали еще 5 БДБ, одна баржа прикрывала подходы к молу Колонки.

Как и по предыдущей ночи, немецкие документы сильно противоречат друг другу. В любом случае попытки прорваться на коммуникации провалились. При входе в узость баржи были освещены нашими прожекторами и обстреляны батареями. Хотя попаданий добиться не удалось, снаряды ложились близко, и немцы повернули назад. Сделав еще две робкие попытки, противник из-за начинающегося шторма отошел. F446 выставила на подходах к молу Колонки заграждение «К-20» из 20 донных мин LMA на случай десанта.

В ночь на 5 ноября то, чего не смог добиться немецкий флот, сделал шторм. Переправа почти замерла. За попытки вопреки всему продолжать перевозки флотилия заплатила немалую цену. В течение суток на берег были выброшены СКА-01, БКА-33, БКА-75 и БКА-132. АКА-126 получил удар от одного из бронекатеров и на 2 недели вышел из строя. Был захлестнут волной и затонул сейнер «Сокол», а два парома, которые он вел на буксире, выбросило на берег. Многие катера и суда получили повреждения.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация