Книга Миф об идеальном мужчине, страница 90. Автор книги Татьяна Устинова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Миф об идеальном мужчине»

Cтраница 90

– Я здесь, – сказала Ольга. – Я чайник ставила. Значит, так. Все правильно ты предполагал, они брат и сестра. Ну, то есть наш Мерцалов покойный и эта твоя аптекарша.

Андрей Ларионов предполагал нечто подобное уже довольно давно, но сейчас, когда подтверждение прозвучало так определенно, сердце у него сжалось.

– Они оказались в разных детдомах потому, что после смерти матери девочка заболела и болела очень долго, с полгода, наверное. Про болезнь точно я не знаю, просто так думаю. Мне так в детдоме объяснили.

– Звонила в детдом? – спросил Андрей с чувством. Он очень любил своих сотрудников. Не было в управлении других таких грамотных, профессиональных и не ленивых ребят.

– Звонила, конечно, – подтвердила Ольга. – Когда ее из больницы выписывали, то, конечно, про старшего брата никто и не вспомнил. Старшая сестра больницы, в которой она лежала, отвезла ее в детдом номер 37 под Волоколамском. Эта сестра родом из Волоколамска и знала про этот детдом, что он неплохой. Мальчик остался в Удельной, и его очень скоро усыновили Мерцал о – вы. Все. Нет, не все. Девочке было два года. Мальчику – шесть. Вот теперь все.

– А мать? – спросил Андрей.

– Это не Наталья Рогожская, если ты об этом спрашиваешь. Рогожская жива и здорова, а мать этих детей умерла от воспаления легких. Вернее, от отека легких. Родных нет. Жили под Москвой, в Немчиновке. Работала она художницей в издательстве “Советская Россия”, так написано в заключении о смерти. Про отца ничего не известно. Неуловимый какой-то отец.

– Фотографии есть?

– Кого? – не поняла Ольга. – Матери?

– Да.

– Нет, конечно, откуда? – Ольга даже развеселилась. – Ты думаешь, я волшебница? А фотографию убийцы не хочешь?

– Нет, – сказал Андрей честно. – Не хочу. Спасибо, Ольга. Завтра с утра займемся…

– Можно я завтра с утра в парикмахерскую схожу? – подхалимским голосом попросилась Ольга. – Не могу же я вкалывать и вкалывать как ненормальная…

– Нет, – сказал Андрей, и Ольга на том конце провода моментально поняла, что на самом деле нельзя. Поняла и не обиделась. – Сходишь, когда все закончится. Недолго уже.

– Черт с тобой, – сказала она и бросила трубку. Андрей прикрыл глаза и стал покачиваться на стуле.

Клавдия Ковалева, лучшая подруга его сестры, его нынешняя любовь, гадкий утенок, привезенный Танькой со студенческой картошки, которая хлопочет сейчас за его спиной и о которой он не может спокойно думать, потому что она слишком ему нравится, – сестра убитого Сергея Мерцалова.

Черт возьми, все в этом деле, сразу ставшем не просто работой, с самого начала пошло не так, как надо.

Майор Ларионов злился и сочувствовал вместо того, чтобы спокойно и трезво рассуждать. Он выходил из себя, утопал в жалости, впадал в бешенство и в конце концов влюбился – и все из-за этого проклятого дела.

Теперь ему предстоит сообщить Клавдии, что у нее был брат, о котором она ничего не знала, что этот брат убит и убийца теперь собирается прикончить и ее.

Замечательно. То, что нужно.

И еще та старая фотография. Все дело в ней, в той фотографии, которую маленький Сережа зачем-то взял из дома и сохранил.

Какая судьба.

Какая чудовищная несправедливость.

Андрей потер руками лицо.

Завтра, если повезет, он будет знать все. Завтра, в день похорон Сергея Мерцалова, майор Ларионов будет знать точно, кто его убил и кто собирается так же убить его сестру.

– Андрюша! – тихо окликнула сзади Клавдия. – Все готово. Ты что молчишь, Андрюша?

* * *

Полевому он позвонил сам.

– Как твоя аптекарша? – спросил Полевой с ходу.

– Спит, – сказал Андрей. – Наелась, как щенок, и спит. Ольга тебе звонила?

– Да, – сказал Полевой, – конечно. Они помолчали.

– Отец Элеоноры в ночь с тридцать первого на первое спал в поезде Кисловодск – Москва, – сказал Игорь негромко. – Сама Элеонора провела всю ночь с братом Петей. Его “Шкода” действительно всю ночь простояла на охраняемой стоянке перед ее домом. Ребята со стоянки эту “Шкоду” хорошо знают, хотя она нечасто приезжает. Номера и время приезда-отъезда у них записаны. Они же денежки по часам берут…

– Зачем она тебе наврала про то, что Сергей был ее любовником?

– Говорит, что очень его любила, что всегда о нем мечтала и еще какую-то ахинею, а на самом деле мне кажется, что ее больше всего деньги волнуют. Он же, наверное, денег немало после себя оставил. Она, по-моему, на них претендует больше, чем на любовь.

Андрей хмыкнул:

– Интересно знать, как она собралась доказывать, что это его ребенок. Ну, ездил он к ней, ну, болтали в институте, но ведь любая экспертиза…

– Я думаю, что экспертиза тут ни при чем, Андрей, – сказал Полевой. – Она скорее всего собиралась на жену давить, чтобы жена ей кусок отвалила. Она же не знала, что жена была в курсе всех его дел, и ни за что не поверила бы, что Сергей ей изменял. Элеоноре такие вещи просто недоступны. Этот Петя ей ни за каким хреном не нужен. Ей денег много нужно, а у Пети они откуда…

– А зачем она Ирине звонила и сукой ее обзывала? – Андрей закурил и толкнул дверь на кухню, чтобы дым не несло в квартиру, в глубине которой спала в тепле сытая Клавдия.

– Рыдает и говорит, что от ревности. – Игорь выругался. – Она сама сука первостатейная, майор. Очень ее задевало, что Мерцалов ее прелести презрел и не смотрел даже в ее сторону. Где это видано, где это слыхано, чтобы мужик родную старую жену предпочитал новой неизвестной красотке? Говорит – не сдержалась, потому что Ирина Сергею не давала вздохнуть свободно. Если бы давала, Сергей давно бы к Элеоноре ушел.

– Ну да, ну да, – сказал Андрей неопределенно. – А как же…

Они еще помолчали.

– Завтра с утра мы с тобой должны разыскать эту Рогожскую, чья карточка в семейном альбоме Мерцаловых завалялась. – Андрей прикурил следующую сигарету. – И еще я Измайлову позвонил.

Лев Ильич Измайлов был знаменитый на всю Москву старый адвокат, которого они с Полевым однажды спасли от не в меру прытких ребят, на которых осторожный Лев Ильич отказался работать. С тех пор Измайлов называл Полевого и Ларионова “ребятками” и всегда безотказно помогал.

– Ну как старый хрен? – развеселился Игорь. – Жив еще?

– Жив и процветает, – уверил Андрей. Они оба любили “старого хрена” и радовались, что тогда не дали его в обиду. – Обещал помочь. У него же везде свои, а муж этой Рогожской был человек не маленький.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация