Книга Седьмая встреча, страница 91. Автор книги Хербьерг Вассму

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Седьмая встреча»

Cтраница 91

По вечерам, ложась на верхнюю кровать, она, молитвенно сложив руки, думала о Майкле и бабушке. Бабушке и Майкле. Им она — маленькая, упрямая девочка — доверяла свои заветные мечты.

Но в ночном поезде по пути домой с нею был Горм. Колеса пели в свободном ритме. Он донага разделся перед ней. Особенно нагими были его глаза.

* * *

В тот день, когда она вскрыла письмо и прочла, что ее приняли в Академию, она положила остальную почту в холодильник и достала оттуда печеночный паштет. Паштет покрылся корочкой. Руфи пришлось взять чайную ложку, чтобы соскрести ее.

Когда банка была пуста, она открыла банку с макрелью в томате. Любимое лакомство Уве. Покончив с макрелью, Руфь принялась за козий сыр. Он был безвкусный, но жег язык. Съев половину сыра, она стала разглядывать на нем отпечатки своих зубов, и ей стало смешно.

Она положила сыр обратно в холодильник и обнаружила там три счета, которых даже не открыла. И тут она заплакала, громко всхлипывая.

Как прошел конец дня, Руфь не помнила, но, очевидно, он ничем не отличался от всех остальных. Вечером, в ванной, она увидела, что давно не стригла ногти и они сильно выросли. Она взяла ножницы и коротко их обстригла.

В следующий раз я буду стричь ногти уже в Осло, подумала она.

ГЛАВА 21

Илсе Берг встретила их в строгом темно-синем костюме с шарфиком в вырезе жакета.

Им подали кофе и витой хлеб, а она тем временем с несомненной самоуверенностью излагала им свои соображения. Из ее анкетных данных Горм знал, что ей тридцать восемь лет.

Она охотно займется делом «Гранде & К°» против коммуны, это будет ее первое дело в родном городе. Она возвращается на Север в середине ноября. Темные, подстриженные по уши волосы. Просматривая принесенные Гормом бумаги, она каждый раз надевала большие очки в темной оправе. От этого она казалась старше и недоступнее.

Горм заметил, что Илсе не приняла легкий, граничащий с флиртом тон Турстейна, однако не поставила его на место. Она обращалась к тому из них, кто говорил, отвечал и задавал вопросы.

— По-моему, вы работали у нас, когда учились, во время ваших каникул? — спросил Горм.

— Верно. Кажется, мы с вами несколько раз встречались?

— Да, я помню.

Турстейн спросил, почему она решила вернуться на Север, прожив столько лет в Осло. Она ответила деловито: ей давно хотелось испробовать свои силы в самостоятельной работе, а тут ей сообщили, что в ее родном городе требуется адвокат по личным делам.

— Значит, не по личным причинам? — попробовал сострить Турстейн.

— Если человек добровольно меняет место работы и жительства, то, мне кажется, это всегда имеет более или менее личную причину. В данном случае моя личная причина не имеет существенного отношения к моему сотрудничеству с «Гранде & К°».

Горм взглядом предупредил дальнейшие вопросы Турстейна.

— Мы бы хотели, чтобы вы как можно скорее занялись нашим делом, — сказал он. — Хотелось бы начать строительство уже весной. Подрядчик нас подгоняет, и мы опасаемся, как бы он не предпочел другие предложения. Мы уже надстроили два этажа над нашим старым зданием, но, к сожалению, этого недостаточно. Ведь мы рассчитывали, что флигель, выходящий на набережную, будет готов одновременно с надстройкой.

— Судя по сообщенным вами сведениям и доступным официальным документам, которые я уже изучила, мне это дело не кажется бесперспективным. То, что фирма «Гранде & К°» уже владеет участком земли, представляется мне решающим. Как я понимаю, вы хотели бы, чтобы это дело было решено полюбовно, а не в зале суда?

— Да, было бы желательно избежать судебного процесса, — сказал Горм.

— Когда я в начале недели разговаривала с адвокатом Вангом, он дал мне понять, что фирма готова на многое, чтобы выиграть дело.

— Безусловно. Ведь судебный процесс — процедура длительная, а нам надо расти. Как вы понимаете, коммуна хочет за счет этой земли расширить набережную. Если они это сделают, судебного процесса не избежать.

— Думаю, политики считают, что среда не понесет урона, если Морская улица станет вдвое шире и по набережной пойдет вдвое больше тяжелого транспорта. Но этому проекту есть альтернатива, не затрагивающая центра города. Мне известно, что уже пущены в ход значительные силы, не имеющие отношения к политике, чтобы осуществить эту альтернативу, — сказала она, сняла очки и предложила им еще кофе.

Турстейн тут же протянул свою чашку, увидев в этом предлог задержаться у адвоката.

На письменном столе Илсе Берг не было ничего лишнего. Она убрала бумаги, которыми пользовалась во время переговоров. На столе возле телефона остался маленький каталог: «Государственная художественная выставка». Горм, вопросительно глядя на Илсе, протянул руку, и она дала ему каталог.

— Я недавно была на этой выставке, меня интересуют не только параграфы закона, — весело сказала она.

Горм с отсутствующим видом листал каталог, а Турстейн пытался выяснить у Илсе, как она вообще проводит время в этом городе Тигра [31] .

Бросив беглый взгляд на первую случайно открытую страницу, Горм увидел: «Нессет Руфь, г. р. 1943. Встреча. Масло. 131x71. 3000 крон».

Неужели еще кого-то зовут точно так же? Он раскрыл список художников в конце каталога. В адресе Руфи был указан тот самый городок, который она называла, когда они встретились у Турстейна. Это она!

— Ну, что скажешь? — спросил Турстейн у Горма, когда они вышли на улицу.

— По-моему, она нам подходит. Но тебе следует воздержаться от панибратского тона.

— Что ты имеешь в виду?

— Коммерция и флирт — недопустимая комбинация.

— Жизнь скучна, иногда хочется расслабиться.

— Она профессионал. Нам нужно, чтобы она сделала для нас важную работу.

— Директор сегодня склонен к назидательности, — кисло заметил Турстейн.

Горм промолчал.

Когда она дошли до улицы Карла Юхана, Турстейн предложил пообедать за счет фирмы, как он сказал, отметить хорошо проделанную работу.

— У меня дела. Поешь один и не забудь взять счет, — коротко ответил Горм.

— Что за дела?

— Художественная выставка. Встретимся в аэропорту.

— Ты ходишь по выставкам, когда бываешь в Осло? — скривился Турстейн.

— Хуже того. Я еще бываю в опере и в театре. И на концертах. Если подвернется случай.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация