Книга Семья в законе, страница 65. Автор книги Владимир Колычев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Семья в законе»

Cтраница 65

– Что, и все?

– А тебя что, подробности интересуют? Кому и сколько дали? – криво усмехнулся Семен.

– Нет, я думал ты намек поймешь. Как-то неудобно в наручниках.

– Ничего, пока побудешь. Мало ли что у тебя на уме... Ты же мент, тебе доверять нельзя.

– Зачем же тогда позвал меня за собой?

– А чтобы ментам жрать меньше... Хотя голодными они не останутся. Лихопасов, Чухарик, падла, всю малину испортил, – озлобленно, сквозь зубы сказал Семен. – Под защиту свидетелей пошел. Так просто его не взять. Ну да ничего, что-нибудь придумаем...

– А меня, выходит, ты уже взял? – внутренне напрягся Павел.

Вот, значит, как оказалось. Он преследовал Бурыбина, но сам оказался в ловушке. Именно в ловушке. Родственная солидарность здесь не при чем. Во-первых, он Юле не муж. А во-вторых, не прошел посвящения, как это было с Лихопасовым. Он опасен для Семена тем, что мог дать против него показания, обвинить его в угрозе убийством. Потому с него и не снимают наручники. Потому и везут на заклание... Двери в машине уже заблокированы – из салона не выбраться.

– Ну, добавили ментам немного, чтобы тебя ко мне в автозак упаковали...

– А если бы я за тобой не побежал?

– Ничего, что-нибудь придумали бы. Ведь за тобой же не так строго смотрят, как за Чухариком... Придумали бы что-нибудь с тобой. Заставили бы замолчать.

– А ничего, что я и без того молчал?

– Что, и ничего про наш сговор не сказал? Про то, что я улику против Чухарика подменил?

– Про это сказал.

– Ну, вот видишь... А палец к губам чего прикладывал, когда в автозак входил? Разговаривать со мной не хотел, чего это, а?

– Думал, меня туда отправили, чтобы нас прослушать. Чтобы меня к тебе в сообщники записать...

– А разве не записали?

– Почти... Хотели, чтобы я показания изменил. Была сделка – ты мне убийцу моей жены, а я тебе – улику. А Харчев хотел, чтобы ты мне смертью угрожал. Ты меня убить грозился, а я поэтому тебе на милость и сдался...

Павлу неприятно было все это говорить. Как будто он оправдывался перед бандитом. До чего же тошнотворное чувство...

– А ты? – заинтригованно спросил Семен.

– Отказался.

– Почему?

– Хватит с меня и того, что я предатель. А они хотят меня еще и трусом выставить. Как будто я тебя испугался.

– А ты не испугался? – ухмыльнулся Семен, вкручивая в Павла пытливый взгляд.

Никифоров ничего не сказал. Отвернулся от Бурыбина, устремил взгляд в боковое окно... Нет, не боится он Семена. И никогда не боялся. Но сказать ему об этом – не поверит. Еще и посмеется над ним вдобавок... Что хочет, то пусть и думает. А ему все равно. Умирать так умирать. Устал он от этой пустой никчемной жизни. Очень устал. Ему на небо нужно, к Лене, вымолить у нее прощение... Он очень нуждался в ней. А дочь Маша проживет и без него. У нее своя жизнь, и со Славой вроде бы все хорошо. Он уже с ней и о свадьбе заговорил...

Одно не давало покоя Павлу: страх перед неизвестностью. Что, если нет никакой загробной жизни? Что, если не ждет его Лена?.. Но все равно он готов был умереть прямо сейчас.

– Вот я тебя сейчас пристрелю, – услышал он голос Бурыбина.

И тут же в ухо ему уперлось что-то прохладное и железное. Похоже на ствол пистолета?

Павел вспомнил, как он впервые прыгал с самолета. Страшно было. А вдруг парашют не раскроется, и он со страшной силой ударится об землю, насмерть разобьется... Но все же он прыгнул. И сколько удовольствия он получил от полета!.

Ему и сейчас было страшно, но вместе с тем он почувствовал азартный интерес перед неизвестностью. Вдруг нет ничего прекрасней, чем переход в мир иной? Может, это гораздо лучше, чем парение в свободном полете? А если загробной жизни все-таки не существует, что ж, так тому и быть. Что здесь пусто, что там...

Семен взвел курок, и Павел закрыл глаза. И даже улыбнулся, представив, что случится чудо и он вот-вот окажется рядом с Леной...

– Ты что, псих? – спросил Бурыбин, убирая пистолет.

– Да пошел ты!

Какое-то время они ехали молча. Первым заговорил Семен.

– Да не собираюсь я тебя убивать. Мне Юлька этого никогда не простит.

– Она ничего не узнает, – разочарованно посмотрела на него Павел.

Он уже с жизнью простился, а тут такая незадача.

– Не узнает, так почувствует...

– А то, что ты бандитом стал, она это тебе уже простила? Ты же бандит, Семен. И убийца...

– Какой есть! – резко надвинувшись на Павла, заорал Бурыбин. – Меня уже не переделаешь, понял?.. А будешь вонять, пристрелю как собаку!

– Не надо, как собаку, – покачал головой Никифоров. – Застрелить можешь, только похорони, как человека...

Да, пожалуй, рано ему еще умирать. Ведь застрелит его сейчас Бурыбин, а труп закопает где-нибудь в лесу. А Павел хотел, чтобы его похоронили рядом с Леной...

– Заткнись, – успокаиваясь, буркнул Семен.

Машина заехала в гущу городского парка, где беглецов ждал другой джип, более новый и, наверняка, с настоящими номерами.

– Дальше я не поеду, – выходя из машины, заявил Павел.

Сейчас его убьют, но тело забирать с собой не станут, думал он, высчитывая ситуацию. Труп найдут, после всех процедур передадут Маше, а она, конечно же, знает, где нужно похоронить отца. Так что вопрос решится сам собой.

– Ну, не хочешь, не надо, – спокойно отреагировал на его заявление Семен.

И повернулся к нему спиной, чтобы идти к машине. Но вдруг, резко развернувшись к Павлу, изо всех сил ударил его кулаком в висок. И после яркой вспышки в сознании наступила полная тьма...

Глава 21

Очнулся Павел в багажнике движущейся машины. Наручники, путы на ногах, во рту какая-то масляная тряпка. Голова напоминала сосуд с твердыми, но очень чувствительными стенками, внутри которого катались железные шарики. Тряская дорога раскачивала машину, и этот сосуд в голове, и шарики, казалось, с треском бились о сотканные из нервов стенки, причиняя Павлу неимоверную боль... И почему Семен его не убил?

Но вот машина остановилась. Было слышно, как люди выходят из нее, с улицы донеслись голоса, а потом вдруг все стихло. Казалось, о Павле забыли.

Прошло не меньше часа, прежде чем о Павле вспомнили. Открылась крышка багажника, и он увидел, как зевает, глядя на него, Ждан. Джинсовый костюм, пистолет-пулемет свисает с плеча.

– Жить хочешь? – небрежно спросил он.

Павел согласно кивнул.

– Тогда не рыпайся, понял!

Ждан достал нож, перерезал веревки на ногах у Павла, только затем вытащил кляп изо рта.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация