Книга Призраки Бреслау, страница 27. Автор книги Марек Краевский

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Призраки Бреслау»

Cтраница 27

Бескозырочникам полицейский уделял особое внимание. Сквозь дымовую завесу его зоркие глаза умудрялись хорошенько рассмотреть серые мундиры с пришпиленными медалями. Именно такой мундир красовался на привлекательном молодом человеке, стоявшем на помосте. Не будь здесь членов Добровольческого корпуса, на помосте обретались бы музыканты, которые скрашивали клиентам банальное поедание рубленых котлет (специализация заведения). На груди у молодого человека блестела медаль, очень похожая на так называемый Балтийский крест. Мок тоже получил такой. За бои в Курляндии.

– Товарищи! Братья по оружию! – вопил кавалер Балтийского креста. – Не допустим, чтобы коммунисты отравляли сознание нашего народа! Не допустим, чтобы наш гордый германский род оскверняли большевистские азиаты и их прислужники!

Мок мысленно заткнул уши. Иначе он бы не выдержал, поднялся на помост и от души врезал по морде молодому человеку, чья страсть к борьбе была той же пробы, что и выставленный напоказ Балтийский крест. Оратор был хорошо Моку известен со времен войны как деятельный осведомитель политической полиции, истреблявшей в зародыше пораженческие настроения среди населения. Пока Мок бил вшей в окопах, пока он и Корнелиус Рютгард по приказу капитана Манцельмана выставляли на мороз голые задницы, пока они метко стреляли в головы калмыкам, пока смотрели в печальные глаза умирающих русских пленных, пока извлекали из инфицированных ран жирных червей, этот самый оратор по имени Альфред Зорг шлялся по кабакам и мужественно подслушивал, о чем говорят озлобленные люди, за резкое слово в адрес его величества отважно хватал за воротник и по собственной инициативе тащил в участок безусых мальчишек, героически шантажировал молоденьких солдатских жен, ругающих порядки в рейхе, предлагая им выбор: либо тюрьма, либо про все забудем… в том числе и про верность мужу-фронтовику.

Кто-то тронул Мока за локоть, со словами «передай дальше» ему вручили пачку листовок, призывающих вступать в Garde-Kavallerie-Schützen-Division. [33] На одной из листовок член Добровольческого корпуса указывал пальцем на очаровательный городок, над которым простер крылья полинялый польский орел с гадкими когтями и хищно разинутым клювом. Другой доброволец замахивался на белого орла штыком. Под рисунком была цитата из Эрнста фон Саломона: [34] «В единстве сила Германии. Немцы всегда сражались, когда на германскую собственность нападали с оружием в руках, нашу Родину всегда осеняла слава там, где за нее проливали кровь до последней капли».

«Интересно, наведывалась ли германская Родина в окопы под Дюнабургом, – подумал Мок. – Этому фон Саломону посмотреть бы на моих товарищей, умирающих от дифтерита в кровавом поносе». На другой листовке был изображен американский президент, выдувающий мыльные пузыри. На одном из пузырей была надпись: «Фантазии президента Вильсона».

– Поступай, как велит тебе долг! – гремел с помоста полицейский агент Альфред Зорг. – Победа или смерть! Да поможет тебе Бог!

Изо всех сил стараясь не слушать, Мок сконцентрировал внимание на нескольких пятизарядных карабинах «маузер-К98», которые кто-то демонстративно поставил у стола. Ему вспомнилось, как разведка донесла командиру полка фон Тиде, что в одной еврейской корчме происходит сходка русских шпионов. Солдаты взвода разведки, среди которых был и Мок, высадили дверь в корчму. Поднялся страшный шум. Командир взвода фельдфебель Хайнце приказал стрелять. Мок открыл беглый огонь из своего «маузера-98». Когда стало тихо и дым рассеялся, оказалось, что шпионы были женского пола. Некоторым не исполнилось и десяти лет. Фельдфебель Хайнце прямо зашелся от смеха. Смеялся он и позже, уже со вспоротым штыком животом. Кто-то из участников карательной операции потерял всякое доверие к своему командиру. Когда в расположении части обнаружили труп Хайнце, командование поручило Моку, как бывшему полицейскому, провести расследование. Эберхард отнесся к поручению спустя рукава, виновного не нашли. Через месяц полковник фон Тиде разжаловал Мока за проваленное следствие и отправил в Кенигсберг как легко раненного – в надежде, что в свой полк саботажник уже не вернется. В Кенигсберге Мок выпал из окна и, вылечившись, действительно попал вместе с Корнелиусом Рютгардом в другую часть – к фанатику гигиены капитану Манцельману.

Мок сел за первый попавшийся стол рядом с молодой девушкой. При взгляде на красавицу полицейского бросило в дрожь. Это о ней только и рассказывал на войне его друг Корнелиус Рютгард. Мок закусил губу и с усилием взял себя в руки – иначе физиономия Альфреда Зорга сегодня точно бы пострадала. Девушка, не отрывая глаз от оратора, восторженно аплодировала, как, впрочем, и все собравшиеся в пивной «Под тремя коронами» (за исключением двух полицейских из отдела III-б, которых привели сюда дела розыскные). Моком владели невеселые мысли, какой уж тут душевный подъем. Смолор тоже не аплодировал, но у него были свои причины. В руку ему клещом вцепился и лихорадочно шептал что-то на ухо немолодой человек с камердинерскими бакенбардами.

Смолор внимательно слушал.

Бреслау, пятница, 5 сентября 1919 года, час ночи

Собрание Добровольческого корпуса закончилось. Из пивной выкатывались гости, в равной степени отягощенные патриотизмом и пивом. Один из них пил немного: на эту ночь у него были свои планы, и выпивка могла только помешать.

Альфред Зорг обнимал за тонкую талию девушку. Демон у него в штанах капризничал и требовал жертвы. Однако в карманах у Зорга было пусто, оплатить гостиницу было нечем, а в свою собственную трущобную комнатушку он пустил на ночь двоих из так называемой бригады Эрхардта, [35] затаившейся в Баварии.

Зорг огляделся и приметил узкую темную щель между домами. Черная влажная дыра вызвала у Зорга ряд ассоциаций, он опять возбудился. Остановившись, Зорг крепко обнял девушку за плечи и запечатлел у нее на устах пивной поцелуй. Девушка распахнула рот, расставила ноги. Тела их уже почти сливались. Зорг подхватил девушку на руки, направляясь прямиком в узкий проход. Сырой сквозняк его не удивил, но вот откуда взялся резкий запах чеснока?

Секундой позже гамма его ощущений пополнилась. К обонянию присоединились осязание и слух. В голове загудели колокола, ушная раковина вспухла от сильного удара. Из узкой щели Зорг вылетел на самую середину двора. Здесь, на задах табачной лавки Франца Крцивани, его поджидали какие-то люди, вроде бы даже знакомые.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация