Книга Мы - верим! Переход, страница 81. Автор книги Иар Эльтеррус

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Мы - верим! Переход»

Cтраница 81

Незаметно вступили барабаны, за ними – бас-гитара. Мелодия стала жестче. Гитарные рифы заставляли слушателей вздрагивать, ощущая подспудную тревогу, словно что-то надвигалось на них из пустоты, угрожая разрушить нарождающееся понимание. Но музыка внезапно изменилась, заставила это что-то отступить, и осветила его ярким светом. И каждый увидел: это все плохое, что есть в нем самом, спящее в глубине души, но порой заставляющее творить зло. И до каждого же вдруг дошла, до сердца, а не до разума, простая истина: не делай другому того, чего не хочешь получить сам.

Айшен играл, забыв о себе. Из глаз текли слезы, но молодой гитарист этого не замечал. Он отдавался музыке всей своей сущностью, пытаясь донести до людей ту величественную мелодию, которую слышал в душе. Возможно, это была музыка Сфер, но думать так было бы слишком самонадеянно. Кто он такой, чтобы ему позволили услышать музыку Сфер? Ее, по слухам, слышали только величайшие из музыкантов. Айшена причислить к этой плеяде гениев было нельзя, по крайней мере, он сам считал так. Он просто не мог не играть – и играл.

Какое счастье, что мама поняла – ее сыну без музыки не жить. Если бы не ее помощь, он никогда не смог бы пробиться на сцену. Тем более, что являлся полукровкой – а в Лавиэне это само по себе преступление. Как мама, лавиэнка древнего, благородного рода, осмелилась полюбить светлокожего чужака? И не только полюбить, но и родить от него сына вне брака. Какой скандал поднялся! Маму пытались заставить сделать аборт, но, как ни странно, вступился дедушка. Пойти против главы рода никто из других родственников не решился.

Айшена воспитывали как обычного лавиэнского мальчика, только гувернеры у него были светлокожими. Общаться, правда, другие дети рода с полукровкой не желали, хотя кожа мальчика и была довольно темной, да и волосы белыми, правда, с пепельным налетом. Впрочем, Айшену это и не требовалось – он с раннего детства слышал музыку. Уже к шести годам желание открыть эту музыку миру стало нестерпимым. И тогда он решился – пошел к дедушке и все ему рассказал. Как ни удивительно, старый лорд не посчитал это детскими бреднями, а нанял для внука лучших учителей музыки. За это Айшен был ему безмерно благодарен.

Учителей потряс невероятный талант юного полукровки – он схватывал все налету. Уже через год Айшен освоил гитару, скрипку и синтезатор, причем на всех трех инструментах играл мастерски. Однажды он совершенно случайно натолкнулся в инфосети на записи легендарных «Масок», и с тех пор заболел тяжелым роком, не зная, впрочем, что этот стиль так называется. В Лавиэне он был непопулярен, здесь играли, в основном, старые классические вещи по установленным столетиями назад канонам. Новшевства не приветствовались.

Продав подарок деда на двенадцатилетие, кольцо с синим дармиалгом, Айшен оплатил доступ в межзвездную инфосеть, поскольку в лавиэнской интересующей его музыки имелось очень мало. Записи «Масок» держали только потому, что в этой группе пели император Сторна, королева Парга, великие князь и княгиня Кэ-Эль-Энах. Мальчику, правда, плевать было на это – он слушал нечеловечески прекрасную музыку и голоса поющих, да и тексты их песен потрясали, заставляли о многом задуматься. Наслушавшись записей «Масок» и Лара даль Далливана, Айшен решил научиться не только играть, но и петь. И научился. А затем начал сочинять свои песни. К сожалению, их с охотой слушала только мама. Когда он сыграл одну из них учителям музыки, те руками на него замахали, требуя немедленно прекратить безобразие.

Когда Айшену исполнилось шестнадцать, произошло нечто невероятное. Мама посадила его в флаер и отвезла в низкопробный, по мнению чистокровных лавиэнцев, музыкальный клуб для эмигрантов, и там юноша снова услышал рок. Не столь великолепный и профессиональный, как у «Масок», но исполняемый со всей душой. В этом клубе мог сыграть любой гость, если хотел того. Айшен никогда бы не решился, но мама буквально вытолкнула его на сцену. И он спел две свои песни. Зал мгновение молчал, а затем взревел от восторга.

С тех пор Айшен днями пропадал в этом клубе, который, как оказалось, посещали не только эмигранты, но и немало чистокровных лавиэнцев. Он нашел себе друзей-музыкантов, встретил девушку, которую позже полюбил. Через три месяца юноша собрал свою группу, которую назвал «Путь неба». Деньги на инструменты дала мама.

С первого выступления группе сопутствовал успех. Выступать, правда, приходилось в небольших эмигрантских клубах, катаясь по всей столичной планете Лавиэна. Так прошло полтора года.

После очередного концерта в столице к Айшену подошел затянутый в ливрею лакей и передал приглашение посетить родовое поместье семьи кер Тарни. Поначалу юноша хотел отказаться, не понимая, что могло понадобиться от него одному из лордов Торговой Палаты, на фоне которого его дед выглядел мелким лавочником. Однако, по здравому размышлению, согласился – лордам в Лавиэне не отказывают, если хотят жить долго. Талаг кер Тарни ошарашил Айшена предложением стать его импрессарио. Юноша долго хватал ртом воздух, пытаясь прийти в себя. Это что же в лавиэнских лесах сдохло, чтобы такое стало возможным? Наверное, что-то очень большое. Естественно, он согласился – второго подобного шанса точно не подвернется. Однако договор сам подписывать не стал – попросил, чтобы сначала его прочел дед, поскольку в юридических тонкостях не разбирался и не хотел попасть впросак. Как ни странно, кер Тарни с этим согласился. Дед проверил – договор не имел подводных камней, наоборот, музыкантам давались очень выгодные условия. И Айшен подписал его.

За несколько месяцев работы с кер Тарни он ни разу не пожалел об этом. Люди лорда устраивали группе концерт за концертом, полностью сняв с музыкантов заботы об их организации. И деньги платили честно. Апофеозом всего стал сегодняшний концерт на огромном стадионе.

Айшен закончил проигрыш, поднял голову кверху, ощущая себя летящим в небе, и запел:


Ты не запомнишь век,

Ты не запомнишь мир,

Ты разберешь мозаику несбывшихся надежд.

Но лишь хрустящий снег

В ладонь свою возьми, —

И, как клинок, клубок дорог порвет ночной рубеж. [5]

В ложе для особо важных персон сидел всего один человек. Одетый в роскошный костюм из тармиланского псевдошелка чистокровный лавиэнец средних лет. Судя по точеным чертам лица – из древнего рода.

Глава рода кер Тарни по совету брата стал импрессарио многих групп, исполняющих нетрадиционную для Лавиэна музыку, и имел с этого немалые прибыли. Релир оказался полностью прав – люди соскучились, слушая десятилетиями одно и то же, они хотели услышать что-то другое. А главное, они готовы были за это платить.

Сегодня Талаг решил впервые послушать самую популярную из своих групп, искренне не понимая, из-за чего поднялся такой ажиотаж. Он был потрясен, вслушиваясь в непривычную музыку. Давно отвыкшая от такого душа, позабывшая, что такое любовь и дружба, плакала и смеялась. Губы лорда едва слышно шептали:

– Деньги – деньгами, но это великолепно…

Глава 8

Просматривая последние сводки, Дарв, сам того не замечая, улыбался. Ему очень понравилось работать с аарн. Да что там, он был просто в восторге. Ни с кем, даже с Лоехом, у графа не возникало такого взаимопонимания, как с Перлоком Сехером и Биредом Каситом. Они понимали Дарва с полуслова и полувзгляда. Конечно, это можно было списать на их телепатию, но ведь граф постоянно носил данный ему Кержаком психощит, а значит, не в телепатии дело. Тогда в чем? Возможно, в выдающихся профессиональных качествах этих двоих? Социальных аналитиков более высокого класса Дарв никогда не встречал, покойный Мартин им в подметки не годился. Только теперь граф окончательно понял, что же такое социоматика, и полностью оценил эту науку. Мышление настоящих, именно настоящих социоматиков полно охватывало реальность, во всей ее многогранности, но одновременно вычленяло любые нужные частности и их связи со всем остальным.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация